В России во второй половине XIX века и до конца 30-х годов ХХ века существовала очень большая китайская диаспора, правда, в основном, китайское население проживало на Дальнем Востоке. В европейской части страны китайцев было намного меньше, а в столицах они появились лишь в начале ХХ века. О жизни китайцев в дальневосточных городах нам известно уже довольно много, а вот о китайцах в европейской части России пока только приходится собирать сведения. В совместном проекте историка Анастасии Усовой и Магазеты мы попытаемся пролить свет на темные пятна китайской истории Москвы.

В прошлом выпуске мы начали рассказывать об истории второго учебного заведения в Москве, где обучались китайские студенты в первой половине XX века. Сегодня мы попробуем поведать чуть больше о тех, кто же учился в стенах бывшей первой московской губернской гимназии.

Кто учился в УТК

Цзян Цзинго в Советском Союзе в 1925 году. Источник: 360doc.com

Первые студенты университета приехали в Москву в 1925 году. Их отбором и отправкой занимались как руководящие органы Гоминьдана, так и КПК. Первая группа состояла из 340 человек: все они были отобраны специальной комиссией и прошли экзамены. 30 человек, правда, были включены без экзаменов – «это были родственники вождей Гоминьдана <…> сын командира 1-го корпуса НРА Чан Кайши (Цзян Цзинго), сын члена ЦИК Е Чуцана (Е Нань), дочь и зять члена ЦИК Юй Южэня (Юй Cючжи и Цюй У)» и т. д.

Экзамен для будущих студентов состоял из трех частей: сначала надо было записаться на экзаменационные испытания, для этого заполнялась регистрационная карточка, при этом никакие документы об образовании не требовались и ограничений по возрасту тоже не было. Однако все заполненные карточки скрупулёзно проверялись, а потом уже назначался день экзамена. В Гуанчжоу, например, экзаменом было написание сочинения «Что такое национальная революция?» После письменного экзамена шел устный, на котором присутствовали высокопоставленные чиновники Гоминьдана, именно во время этой части определялись знания кандидатов по текущим политическим событиям. В итоге, после всех экзаменов «9/10 из более чем тысячи первоначальных кандидатов было отсеяно».

Что касается социального состава студентов УТК, то он был довольно пестрым, наравне с рабочими и крестьянами, были также и представители интеллигенции, служащие, чиновники и военные. На протяжении всего времени существования университета руководство постоянно пыталось повысить долю студентов с пролетарским происхождением, но сделать этого так и не удалось. Это объяснялось тем, что «культурный уровень китайских рабочих очень низок… Они чувствуют: «я не могу учиться»… Очень многие из китайских рабочих больны: глазными болезнями, туберкулезом и сифилисом…». Образовательный уровень рабочих и крестьян, приехавших на учебу в Москву в 1927-1928 гг. тоже был невысок, они «были либо совсем неграмотными, либо малограмотными, и в СССР приехали лишь для того, чтобы хоть немного освоить китайский язык и арифметику».

Шанхай — Владивосток — Москва

Нанкинская улица (Nanjing Road) в Шанхае в 1925 году. Источник: Visualising China

Добирались будущие студенты университета тем же путем, что и студенты КУТВа: из Шанхая и Гуанчжоу плыли на советских судах до Владивостока, а потом через весь Советский Союз до Москвы на поезде. Проезд для будущих студентов был бесплатным, как в Москву, так и при возвращении после обучения обратно в Китай, практически все расходы на себя брала советская сторона, гоминьдановские власти выдавали каждому студенту 100 юаней, что не покрывало все транспортные расходы. Отправка в Москву по разным причинам в итоге растянулась на несколько месяцев.

«Миллионка» во Владивостоке. Источник: oldvladivostok.wixsite.com

Шэн Юэ, один из студентов УТК, оставил очень подробное описание своей дороги в Москву:

«В Шанхае мы чувствовали отвращение к декадентской роскоши и темной изнанке этого колониального города и поэтому очень спешили уехать в Советский Союз. Русское судно <…> разгружалось в доке Хуанпу. Некоторые из нас не могли удержаться, чтобы не взглянуть на корабль, который увезет нас из Шанхая. <…> Когда мы взошли на борт, я был поражен тем, что учиться в Россию едут почти 60 студентов и студенток. Прежде чем таможенные чиновники поднялись на палубу, русские провели нас в трюмную часть, по соображениям безопасности. Нам не разрешали выходить оттуда, пока судно не покинуло акваторию Усункоу. Я все еще помню жуткое зловоние этого трюма, где мы жили до прибытия во Владивосток. Всех мужчин разместили там, так как очень немногочисленные пассажирские каюты были заняты студентками. К счастью, из-за небольшой загрузки трюм был полупустой, так что можно было выбрать для себя местечко. Когда же нас, наконец, выпустили из трюма, мы почувствовали себя так, будто нам позволили дышать. Очень взволнованные, мы вышли на нижнюю палубу парохода, где кричали и пели «Песню национальной революции» и «Интернационал». Это было очень трогательно. Однако, когда пение закончилось, нас охватила ностальгия. С последним взглядом на нашу прекрасную землю мы не могли удержаться от клятвы: «До свидания, родная, любимая наша страна, мы решили избавить тебя от положения полуколонии!»

<…>Наконец, после трех дней и ночей борьбы с бурным морем, морской болезнью и ужасающим трюмным зловонием мы высадились во Владивостоке.

Владивосток когда-то принадлежал Китаю и все еще был очень восточным городом, когда мы туда приехали. Его знаменитая Миллионка, или китайский квартал, представлял собой нечто вроде старых чайна-таунов в Соединенных Штатах. Рестораны, чайные, игорные дома, театры, опиекурильни — все было там. Поэтому представители Коминтерна выдавали каждому из нас содержание по четыре рубля в день, и мы тратили их на китайскую пищу на Миллионке <…> Во время нашего пребывания местный профсоюз зарубежных китайцев устроил в своем клубе имени Первого мая вечер в нашу честь. Атмосфера была веселой и сердечной. Там же, во Владивостоке, нам устроили медицинский осмотр. Студентов с туберкулезом или другими инфекционными болезнями задержали в городе до прихода судна, отправляющегося в Китай. <…> В начале декабря 1926 года мы выехали из Владивостока в Москву по Транссибирской железнодорожной магистрали. Стояла зима, и так как вагоны не отапливались, было ужасно холодно. Хотя после революции 1917 года прошло уже девять лет, уголь все еще был в большом дефиците. Сибирский поезд, на котором мы ехали, шел на дровах. Они были сложены грудами на каждой станции. Уголь оставляли исключительно для международного экспресса, единственного на этой дороге, в котором имелся вагон-ресторан. Хотя поезд медленно и неуклонно двигался вперед, путешествие в 7400 километров из Владивостока в Москву заняло две недели. Поездку ни в коей мере нельзя было назвать комфортабельной. Поскольку вагона-ресторана не было, мы были вынуждены питаться второпях при остановках на какой-нибудь большой станции. Однажды очередь была так велика, что три или четыре моих однокашника не успели получить еду до отхода поезда. Увидев, что поезд ушел, они пришли в отчаяние, но потом обратились за помощью к работнику ГПУ на этой станции. По-видимому, извещенный московскими властями о нашей поездке, он быстро посадил их на следующий поезд в Москву. Вдобавок, водяные баки в поезде намертво замерзли, и воды не было ни для питья, ни для туалета. Так мы провели в поезде 12 несчастных дней и ночей и, в конце концов, в середине декабря 1926 года прибыли в Москву».

Жители «Миллионки». Источник: oldvladivostok.wixsite.com

В тех группах, где вместе ехали гоминьдановцы и коммунисты, были и другие сложности – представители этих партий отчаянно спорили друг с другом по политическим проблемам: «во время плавания товарищи из первой и второй партии страшно ругались и (даже) дрались. Многие гоминьдановцы готовы были выбросить коммунистов в море».

О преподавании и программе УТК читайте в следующем выпуске нашего проекта.

Для заглавной иллюстрации использована фотография парохода Добровольного флота из книги «Сахалин» Дорошевича В. М.

Источники:

Спичак Д.А. Китайский авангард Кремля. Революционеры Китая в московских школах Коминтерна (1921-1939). М., 2012, с. 80, 85, 88.

Шэн Юэ. Университет имени Сунь Ятсена в Москве и китайская революция. Воспоминания. Перевод с английского Л.И. Головачевой и В.Ц. Головачева. М., 2009, с. 30, 41-43.

Топография китайской Москвы

История китайцев в Москве

«Шафранная» Москва 1920-х · 1
«Шафранная» Москва 1920-х · 2
Где учились китайские революционеры в советской Москве
Коммунистический университет трудящихся Востока · 1
Коммунистический университет трудящихся Востока · 2
Коммунистический университет трудящихся Востока · 3
Китайская история на карте Москвы
Университет трудящихся Китая им. Сунь Ятсена · 1