Преподавать английский язык в Китай приезжают из разных стран, но из-за изменения визового законодательства работать легально могут практически только носители языка, независимо от полученного образования. Но есть и исключения. Мы собрали истории и мнения профессиональных преподавателей английского языка, которые не являются нейтив спикерами, при этом успешно и официально работают в Китае не первый год. Как устроиться на легальную работу без канадского паспорта, и сколько можно заработать в Китае инглиш тичерством?

Как стать учителем английского в Китае?

РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

Владислав Чубарь сейчас живёт в Шанхае. Он попал в Китай более пяти лет назад, окончив магистратуру по китайской филологии в Украине и получив диплом преподавателя китайского и английского языков.

english teacher
Из личного архива Владислава

«Знакомство с Китаем у меня состоялось в два этапа. Сначала я поехал учиться в институт в Сучжоу, когда был на четвёртом курсе своего университета. Я посмотрел на всё это дело — было весело, все пили, учиться бы не получилось, мне не понравилось, и я уехал. Уже после окончания института одноклассник сказал мне «чего ты там сидишь, приезжай», и тогда я приехал опять. Месяц просто смотрел Шанхай, а потом мне предложили работу в садике. Друг дал мне несколько песен, я провёл пробный урок, и вот с тех пор работаю».

Похожим образом в марте 2014 года попал в Китай и Данил Стицун, проживающий и работающий в Вэньчжоу. Данил отмечает, что попал сюда совершенно случайно: до этого он шесть лет работал торговым представителем и не задумывался о карьере преподавателя английского.

english teacher
Из личного архива Данила

«Я работал в торговле. Однажды я понял, что с меня хватит этого и вспомнил, что у меня есть диплом преподавателя английского языка. С языком у меня особых проблем не было, поэтому я решил, что надо искать работу в сфере преподавания. В Ялте с этим туговато, потому что там работа, связанная с английским, в основном сезонная. Я начал искать работу в больших городах Украины, и случайно наткнулся на объявление о наборе преподавателей английского в Китай. Сначала отнёсся к этому с подозрением. Но потом узнал, что один знакомый преподавал на тот момент в Китае уже какое-то время, ну я и подумал – почему бы и нет? Позвонил в агентство в Киеве, разузнал детали: украинское агентство сотрудничало с одним из агентств в Китае. Они приняли мою заявку, оформили визу, и я спокойно поехал в Китай. До этого я в Китай специально не собирался. Поначалу привыкал, в первые полгода мне не очень понравилось, но потом я втянулся. Когда у меня спрашивают, почему ты выбрал Китай, то я обычно отвечаю, что это не я выбрал Китай, это Китай выбрал меня».

Виктория Яковлева тоже попала в Китай по воле случая.

english teacher
Из личного архива Виктории

«Я училась на преподавателя английского в МГЛУ, второй язык был немецкий. До отъезда в Китай я работала в школе в нескольких местах в России, потом удалось поработать некоторое время в Англии после получения сертификата CELTA. В 2004 году я поехала в Гонконг воссоединиться со своей любовью на тот момент, но не смогла туда попасть, так как работу там найти непросто, я искала ее сначала из Англии, потом из России. Тогда я стала искать работу близко к Гонконгу, и она нашла меня сама: мне написал завуч из English First, он увидел моё резюме на сайте TEFL.com и пригласил работать в Шэньчжэнь. Это было в мае 2004 года, а в июле я приехала работать в летнюю школу, потом приехала снова в ноябре уже на годовой контракт. В итоге работу я не выбирала, но на тот момент это было лучшее, что могло со мной случиться, потому что моей целью было найти работу максимально близко к Гонконгу».

Рынок инглиш тичеров

«История развития китайского рынка образовательных услуг базируется на том, что китайцам резко понадобилось множество преподавателей английского языка. Естественно, из-за огромного населения страны нейтивов на всех не хватило, и это спровоцировало гигантский спрос. В принципе, и сегодня эти запросы рынок не может удовлетворить», — рассказывает Виктория.

По словам Данила, до 2015 года особого разделения преподавателей не было, но потом ввели требования, согласно которым только нейтивы, обладатели паспортов США, Англии, Австралии и некоторых других стран, получили право работать в школах.

«До этого все были равны как в бане, единственное, что зарплаты могли немного отличаться. То есть если для не носителя языка средняя зарплата была 10-12 тысяч юаней (95-113 тысяч рублей), то нейтивы могли получать, например, 13-14 тысяч. Сейчас разделение чётко чувствуется, у них зарплаты от 15-20 тысяч, как правило. Но это зависит от места. В нашей школе зарплата примерно для всех одинакова. Все дело в том, что нейтива проще устроить и, плюс, их дефицит, они это понимают и поднимают цены. Однако, темнокожих неохотно берут, азиатов, даже если они, допустим, родились в Штатах».

«Самые первые в иерархии идут нейтивы, у них зарплата самая высокая, потом идут простые преподаватели, то есть мы. А среди нас идёт уже разделение по опыту. Если говорить о преподавании в принципе, то в первую очередь [по престижности] идёт университет, дальше бизнес английский, и потом уже садики. С другой стороны, за садики платят больше, чем за бизнес английский. Это актуальней», — объясняет Владислав.

«Я понимаю, почему китайцы решили почистить рынок, — делится Данил своими впечатлениями о сложившейся ситуации, — потому что иногда действительно слушаешь неквалифицированных преподавателей, которые работали раньше, их английский, и просто за голову хватаешься. Но под нож попали и хорошие преподаватели, просто из «неправильной» страны. Ведь паспорт не делает из человека учителя».

Данил подчёркивает, что сейчас в итоге страдают сами китайцы, потому как школам не хватает квалифицированных преподавателей. Особенно в маленьких городах.

«В первом городке, где я жил, было всего три лаовая на весь город, поэтому ставить расценки можно было какие угодно, например, 600 юаней в час, а китайцы уже сами решали, какое помещение арендовать, сколько людей набирать в группу. У них не было выбора. Поэтому я в большие города особо не стремлюсь, во-первых, они мне не нравятся, слишком перегруженные, а во-вторых, там конкуренция выше. Следовательно, и зарплату хорошую найти сложнее».

«В основном, чем меньше город, тем выше можно ставить цены, но и школы там не очень богатые, поэтому сильно не разгонишься. Раньше если в городах вроде Шанхая и Пекина зарплаты были высокие, в среднем 15 тысяч, то в маленьких городах зарплата была, например, 7-8 тысяч. Сейчас из-за того, что в маленьких городах вообще днём с огнём лаовая не сыщешь, зарплаты уже подтягиваются до уровня больших городов. У меня есть знакомая, не-нейтив, которая сейчас устроилась в Вэньчжоу в тренинг-центр на 16 тысяч базовый оклад, плюс квартира, виза и перелёт домой. Даже для Шанхая это очень хорошая зарплата для не-нейтива. Рабочий день у неё 7 часов, обычно после обеда и вечером, занятия по 45 минут. В детских тренинг-центрах обычно плотные графики», — рассказывает Данил.

С точки зрения Владислава, ценообразование идёт по нескольким факторам, что подтверждает наблюдения Виктории и Данила.

«В первую очередь — это город. Если город большой, то это удалённость [места работы] от центра. Если город небольшой или место работы находится далеко, то зарплаты будут выше, потому что надо туда как-то завлекать. Нейтивам платят больше всего, хотя не всегда это хорошие преподаватели. У меня был случай: полгода я занимался с группой, а потом полгода работал новозеландец, затем группу вернули мне, и я увидел, что дети кроме «халоу» ничего толком сказать не могли».

Демпинг чаще всего бывает со стороны новеньких, которые только приехали, и в виду отсутствия опыта соглашаются работать буквально за копейки.

«Яркий пример, моя коллега, которую взяли за 8,5 тысяч юаней, для Шанхая это не деньги, – рассказывает Владислав. — При этом родители ей ещё и помогают, доплачивают, чтобы ей в Шанхае этого хватало».

«Моя подруга работает в детском саду и преподаёт английский и музыку, выступает на разных мероприятиях. По её словам, приехавшие украинцы сбивают цены, потому что и в садах, и на мероприятиях, они соглашаются на меньшую оплату. Я так понимаю, что в музыкальной сфере проблема стоит довольно остро, насчёт преподавания я на данный момент не уверена», — делится наблюдениями Виктория.

Данил же считает, что в основном демпинг есть в больших городах, и сами же нейтивы занижают цены на свои услуги, опасаясь конкуренции.

«Раньше демпинговали наши ребята, я имею в виду из СНГ. Для нас, допустим, те же 10 тысяч – это хорошая зарплата. В маленьких городах сейчас такой проблемы нет, потому что и преподавателей толком нет. Может быть не платят каких-то космических денег, но всё равно зарплата будет хорошая при достаточном профессионализме».

english teacher
«Сначала я приехал и попробовал ради денег, но понял, что мне действительно нравится преподавание малышам». Фото из личного архива Владислава

Конкуренция

Но с кем же конкурируют наши профессиональные преподаватели английского языка в Китае? По словам наших собеседников, на рынке не так уж много действительно стоящих специалистов из числа нейтивов. Например, Данил подметил, что среди англоязычных профессиональных преподавателей — единицы.

«Если человек [носитель языка] профессионал в своём деле, то он и дома неплохо зарабатывает. Им это [работа в Китае] просто не надо. Приезжают либо студенты, которые зарабатывают на оплату своего колледжа, либо пенсионеры, которым уже всё надоело дома. Возможно, есть какие-то узкие специалисты, которые тут занимаются бизнесом или работают в сфере образовательного менеджмента. В китайских университетах, скорее всего, вы встретите нейтивов — юристов или политологов, то есть, людей с образованием, далеким от педагогического. Среди наших — профессионалов уже больше, но тоже немного. На мой взгляд, около 10% — профессиональные преподаватели языка, включая лингвистов-переводчиков».

«Профессиональных преподавателей, так называемых career teachers, очень мало, — поддерживает Данила Виктория. — Это люди, которые изначально делают карьеру в образовании, они не планируют менять род деятельности или получать другое образование, когда приедут домой. Думаю, что всё довольно прозаично, для многих непрофессионалов это просто дауншифтинг, избегание стресса в своей стране, возможность заработать денег, пожить в приятном климате, и для наших, и для нейтивов».

«Преподавателей русскоязычных в этой сфере много, по моим ощущениям, – отмечает Владислав, — но я ведь и общаюсь в этой среде. Большинство моих русскоязычных знакомых – преподаватели английского. Но их можно понять, потому что такие деньги, работая так, я бы в Украине не заработал. Это значит надо будет работать от рассвета до заката, ну или точно не в преподавании. Поэтому приезжаешь в Китай, и всё хорошо».

Специфика работы

Владислав считает, что специфика, в первую очередь, заключается в зарплате.

«Зарплату нужно выбивать как на рынке. Часто бывает такое, что у опытного преподавателя зарплата ниже, чем у новичка, который только что пришёл, просто потому что он напористей и лучше знает цены на рынке. Это первое. А второе – то, что китайцы начинают юлить. Напрямую они редко общаются: бывает такое, что подходит коллега и просит тебя что-то сделать, а ты отказываешь, не зная, что на самом деле это была просьба руководства».

О зарплатах говорит и Данил, считающий, что в этом плане в Китае работать намного приятней. Кроме того, у иностранных преподавателей меньше и объём бумажной волокиты: максимум просят писать или переделывать уже имеющиеся планы уроков под специфику каждой школы. Часто прося лишь ориентироваться на учебник, а планы уроков строить по своему усмотрению. Различия в ведении занятий подметил и Владислав.

«Если говорить конкретно про садик, то для меня было странно увидеть, что дети почти всё время сидят на стульчиках с ручками на коленках. А непосредственно играм отводится около часа в день. Всё остальное время они сидят на своих местах, и им запрещено говорить громко».

Практика привлечения штатного воспитателя, классного руководителя или специального помощника, говорящего на китайском, особенно в младших группах широко распространена в Китае. Такие помощники иностранного преподавателя помогают справиться с непослушными детьми, быстро решить возникающие в ходе занятия заминки и вопросы.

«Если с [китайскими] преподавателями группы наладить контакт, то они тебе хорошо помогают, а не просто сидят в уголке уткнувшись в телефон. Как правило, детки все более или менее воспитанные. Те ужасы, про которые рассказывают многие преподаватели английского языка, меня обошли стороной. Каких-то особо стрессовых ситуаций у меня не было. В тренинг-центре, где я иногда работал парт-тайм, вот там дети бывали неуправляемые. Но я с такими парт-таймами обычно быстро завязывал», — говорит Данил.

«Главная специфика том, что продаётся, прежде всего, твоё лицо, преимущественно — белое. Думаю, что сегодня это уже ни для кого не секрет, – отмечает Виктория. — В сравнении с другими странами это очень чётко чувствуется. В России такого нет, как и в Англии, например, там независимо от цвета кожи и внешнего вида, любой человек, имеющий право преподавать, разрешение на работу, имеющий соответствующие сертификаты и должный уровень языка, может претендовать на позицию преподавателя».

Есть и особенности в поиске такой работы, например, можно искать работу самостоятельно, а можно было через агентов. Не стоит забывать и про поиск работы по знакомству, по рекомендации коллег, советует Виктория.

english teacher
С группой 3E, 2015 год. Фото из личного архива Виктории

Перспективы роста

Перспективы роста при такой работе кажется сомнительными, но возможными.

«Если ты работаешь в садике, то у тебя максимум растёт зарплата, и может быть когда-нибудь тебя сделают старшим преподавателем, и то не факт», — признаётся Владислав.

«90% приезжающих преподавать, так и остаются преподавать. Хотя есть те, кто развивается в этом направлении. Я знаю человека, Виталий П., первые полгода или год он просто преподавал английский в университете, а потом завёл знакомства, показал себя, и его пригласили заниматься одним из проектов. У него как раз есть опыт с сфере образовательного менеджмента. Сейчас он участвует в проекте, развивает одну из школ. Думаю, всё зависит от человека», — поделился Данил.

«Насчёт Китая, мне кажется, сейчас даже хуже, чем раньше. Ну, если работать в большой школе, то можно стать так называемым завучем. Или можно стать региональным менеджером. У меня коллеги стали управляющими EF по Шанхаю, Пекину и Тяньцзиню, попали на руководящую должность. Но для этого нужно долго работать в компании и не прыгать туда-сюда как многие тичеры. Естественно, не у всех такое получится. Почти никто за карьерой в Китае преподавать английский не едет», — делится опытом Виктория.

Визовый вопрос

Важный аспект, который затрагивают все наши собеседники, — визовый вопрос. Многие тичеры нелегально работают по бизнес визам категорий M или F в Китае, отчасти, потому что компании не хотят заниматься официальным трудоустройством. Кто-то работает по туристической визе L, регулярно выезжает в Гонконг, Макао или Корею, чтобы «обновить визу». Получение оплаты труда по этим визам в Китае считается нарушением закона. Виктория в этом вопросе категорична.

«Я всегда принимала для себя такое решение, что на условиях постоянной неустроенности в визовом вопросе я работать не буду».

С возросшей сложностью получения легального разрешения на работу и рабочей визы, как признаётся Владислав, он ожидал, что цены на услуги тичеров просто взлетят из-за отъезда большого количества потенциальных учителей, но на самом деле они просто постепенно поднимались, как и раньше.

«Если ты работаешь по официальной рабочей визе, то всё в порядке, а вот если приезжаешь по туристической или по бизнес визе работать, то могут быть большие проблемы. Сейчас постоянно проходят полицейские облавы. Раньше такого не было, раньше деревья были зеленее и вообще».

Данил считает, что со временем эта проблема решится, потому что нехватка преподавателей уже ощущается. Недавно Китай сообщил, что планирует компенсировать нехватку нейтивов приглашёнными преподавателями английского языка с Филиппин, отмечалось, что Китаю требуется 100 000 учителей английского.

«Мне кажется, всё равно этого будет недостаточно, потому что, во-первых, филиппинцы – несмотря на знание английского языка, всё же азиаты, а азиаты на китайском рынке преподавания английского языка не сильно ценятся. А во-вторых, далеко не у каждого английский действительно хороший. Думаю, через 2-3 года рынок иностранных преподавателей стабилизируется и будут выработаны решения. Недавно видел объявления о наборе преподавателей английского языка в Макао и Гонконг, основное требование – диплом из сферы образования, а не паспорт англоязычной страны. Если это считается приемлемым и нормальным для Гонконга и Макао, то почему бы не применять такой подход во всём Китае?» — рассказывает о своих прогнозах Данил.

Действительно, как рассказала нам Виктория, в Гонконге есть специальные правительственные программы, например, Native-speaking English Teacher (NET) Scheme: департамент образования вносит данные преподавателей в базу, а работодатели выбирают себе преподавателей уже из этой базы.

«Это стабильная правительственная программа с приличными зарплатами, бонусами и так далее. Как бы это ни звучало невероятно, в связи со зверствами, которые происходят в Китае, приличному нормальному преподавателю с профильным образованием в Гонконге оказывается гораздо проще устроиться. В Азии таких специалистов мало, так что здесь вероятность устроиться на работу выше. В Гонконге проблем у не-нейтивов нет. Здесь такая специфика, что визу сделают в любом случае, иначе вы просто не выйдете на работу».

Планы на будущее и советы новичкам

Преподавание английского языка — это основная профессиональная деятельность Виктории, Данила и Владислава, потому своё будущее они представляют связанным с этой профессией.

«Другие альтернативы не такие хорошие, как работа в Китае, поэтому домой я пока возвращаться не планирую. Я думал о том, чтобы поехать преподавать ещё в Южной Америку, говорят, там тоже неплохо, но зарплаты ниже. Пока в Китае ещё можно работать, то в ближайшие пять лет планирую быть здесь», — говорит Данил.

«Сначала я приехал и попробовал ради денег, но понял, что мне действительно нравится преподавание малышам. Скоро попробую преподавать и взрослым, может быть это мне ещё больше понравится. Скорее всего, тенденции изменятся, и китайцы наконец поймут, что европейское лицо не делает человека хорошим преподавателем и носителем языка», — рассказывает Владислав.

«В Китае в какой-то момент наступает застой. В Гонконге у меня есть перспективы, я могу пойти дальше по карьерной лестнице, став зав кафедрой, например, но пока такой цели у меня нет», — отмечает Виктория.

Владислав считает, что те, кто приезжает в Китай работать ради денег и кому чуждо преподавание, как правило, долго не задерживаются в профессии, как бы хорошо им ни платили.

«Они начинают злиться, отвешивать детям оплеухи, кричать, у человека начинается отторжение. Работа с детьми очень специфична, это постоянные сопли, слюни, ты должен их развлекать, такой «клоун», выжимаешься эмоционально. Помню, приходил коллега, он раньше работал бухгалтером, думал, что работа [с детьми] простенькая и сейчас он легко справится. Только всё равно устаёшь, как после умственной работы, потому что качаешь класс эмоционально. Иногда под конец дня ты просто как выжатый лимон. Поэтому, если уж вы приезжаете сюда, то лучше, чтобы вам это действительно нравилось».

english teacher
«Договор и легальная виза – это гарантия того, что ты получишь всё то, на что рассчитываешь, и с тобой не поступят так, как тебе не нравится». Фото из личного архива Данила

«Главный совет новичкам – работайте по рабочей визе. Рабочая виза действительно стоит той волокиты, потому что преимущества, которые она даёт, экономят массу денег и времени. Не надо посреди урока выпрыгивать в окно, если вдруг полиция пришла с проверкой. Нет ограничений по въездам и выездам из Китая, – уверен Данил. — Если ты работаешь не по рабочей визе, то тогда работодатель чувствует себя намного более свободно, а договор – просто бумажка. В случае конфликта, преподаватель может развернуться и уйти, но это лишь иллюзия свободы, потому что мы все сюда приезжаем спокойно зарабатывать деньги. А договор и легальная виза – это гарантия того, что ты получишь всё то, на что рассчитываешь, и с тобой не поступят так, как тебе не нравится. Плюс рабочая виза – это легальный рабочий стаж, который ты всегда можешь подтвердить, если возникнет такая необходимость».

«Думаю, что это приоритетно и правильно, — поддерживает Данила Виктория, — а также избавляет от многих проблем, включая невыполненные обязательства, неожиданные или огромные комиссионные, задержки оплаты труда и прочее. Ещё нужно трезво оценивать свой уровень английского. Также я бы советовала сразу метить в университет, если у вас есть степень магистра. Конечно, процесс непростой и не быстрый. Можно попробовать поработать в тренинг-центре или в саду, чтобы сделать первый шаг. В Гонконге у меня долго не получалось найти работу, потому что многие работодатели могли, но не хотели делать визу. Найти такую компанию было непросто, хотя у них были не самые лучшие условия, зато они сделали визу и впоследствии я смогла здесь остаться по другой программе. Я бы советовала на первый год начинать работать с любой приличной компанией легально, не упираясь в зарплату, на месте всегда легче сменить место работы».

«По сравнению с Китаем в России гораздо серьёзней и основательней подходят к вопросу найма преподавателей, очень редко закрывают глаза на отсутствие профильного образования. В Китае сам подход к изучению английского более поверхностный. Они считают, что ребёнка можно водить в 10 кружков по часу в неделю, и ожидают, что будет прогресс, что ребёнок сразу заговорит на языке Шекспира. В таком случае нельзя гарантировать результат. К сожалению, ситуация такова, что работа тичера пока зарекомендовала себя с не лучшей стороны и не воспринимается серьёзно. Это происходит и из-за самого отношения людей к их работе: они изначально не рассматривают это как серьёзную деятельность, говорят «вот когда приеду домой, то найду настоящую работу». Именно поэтому Китай сейчас находится на пути перестройки всей системы работы с квалифицированными преподавателями английского языка».

Для заглавной иллюстрации использовано фото Impact English China.

Собеседники: Виктория Яковлева, Владислав Чубарь, Данил Стицун

Если вам понравилась статья, пожалуйста поставьте лайк и поделитесь ею с друзьями.

Хотите быть в курсе наших публикаций по теме, подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене страницу Магазеты в facebookvkinstagramtelegram и наш аккаунт в WeChat — magazeta_com.

РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

1
Оставить комментарий

avatar
1 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
1 Comment authors
Kuks Recent comment authors
  Подписаться  
новые старые популярные
Уведомления на
Kuks
Гость
Kuks

Вспомнила как подрабатывала тичером в трейнинг-центре. К удивлению, несмотря на мой слабый английский, коллеги и дети очень любили меня. Только со временем поняла что это из за умения быть «клоуном» в нужный момент)))