Чжан Тянь - знаменитая китайская благотворительница, оскандалившаяся в 2012 году, старалась гармонизировать Китай.
Чжан Тянь — знаменитая китайская благотворительница, оскандалившаяся в 2012 году, старалась гармонизировать Китай.

После трёх десятилетий строительства «социалистической рыночной экономики» Китай столкнулся с колоссальным социальным неравенством: коэффициент Джини, статистический показатель степени расслоения общества, равный в 1978 году 0,15, в 2011 году достиг критической отметки в 0,46. Эта очевидная разница в уровне жизни и породила китайский благотворительный бум в начале ХХI века. Однако сектор благотворительности в Китае развивается крайне медленно, несмотря на наличие тех, кто хочет помогать, и тех, кто нуждается в помощи.

Китай традиционно входит в число «скупых» стран. По данным  британской организации Charities Aid Foundation (CAF) он в последней десятке в рейтинге мировой благотворительности (140-е место в 2011 году). Следуя многовековым конфуцианским традициям, рядовые китайцы оказывают безвозмездную помощь, прежде всего, своим ближайшим родственникам и членам большого семейного клана, но при этом весьма редко помогают чужим. В большинстве они не только не готовы жертвовать на благотворительность и участвовать в волонтёрских программах, но, не останавливаясь, пройдут мимо попавшего в беду незнакомца и крайне редко уступают место женщинам и старикам в общественном транспорте. Движущей силой благотворительного бума начала 2000-х годов стали миллионеры первого поколения и малочисленный средний класс, представленный в основном жителями мегаполисов.

РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

Частные благотворительные инициативы широко освещаются китайскими СМИ, особой популярностью в последние годы пользуются рассказы о сенсационной щедрости самых богатых китайцев. В 2010 году «звездой» стал 88-летний миллиардер Юй Пеннянь (余彭年), который передал всё своё состояние ($ 1,2 млрд.) благотворительному фонду. В прошлом году отличился глава «Fuyao Group», Цао Дэван (曹德旺), который лично отдал 580 млн. долларов на благотворительность, что в 1,5 раза превышает сумму пожертвований самого щедрого из ныне живущих американских меценатов, соучредителя компании «Microsoft» Пола Аллена. Юй Пеннянь и Цао Дэван, как и большинство китайских филантропов, –  выходцы из бедных семей, сделавшие состояние с «нуля» в начале 1990-х на юго-востоке страны в свободных экономических зонах. Теперь, когда они сами и их семьи ни в чём не нуждаются, они поделятся богатством с теми, кому повезло меньше. И с каждым годом таких благотворителей становится всё больше.

В 2009 году Цао Дэван был объявлен победителем международного конкурса «Предприниматель года», проводимого компанией «Эрнст энд Янг».
В 2009 году Цао Дэван был объявлен победителем международного конкурса «Предприниматель года», проводимого компанией «Эрнст энд Янг».

Справедливости ради стоит отметить, что интерес состоятельных китайцев к благотворительности обусловлен не только их бескорыстной щедростью. В значительной степени это последствие вестернизации Китая – многие из них стали интересоваться благотворительностью лишь потому, что та в моде на Западе. Кроме того, крупные китайские бизнесмены зачастую преследуют и вполне прагматичные цели. Жертвуя существенные суммы на благотворительность, они легитимируют своё право на богатство и пытаются добиться расположения компартии.

Совершенно очевидно, что частная благотворительность необходима современному Китаю. Компартия не сможет справиться с решением целого ряда опасных социальных противоречий, вызванных растущим социально-экономическим неравенством. Конфликтов в обществе удастся избежать, только если очень богатые китайцы начнут заботиться об очень бедных китайцах. Лидеры компартии это прекрасно понимают и не раз заявляли о готовности поддержать инициативных филантропов. С другой стороны, благотворительность подразумевает самоорганизацию, то есть является частью гражданского общества, стимулировать развитие которого компартии по понятным причинам не выгодно.

Компартия, стремясь сохранить авторитет и статус главного благодетеля всех китайцев, строго контролирует благотворительные инициативы граждан. Чтобы пройти процедуру официальной регистрации, каждая благотворительная организация должна выбрать своим «поручителем» государственную структуру, отвечающую за соответствующее направление (业务主管单位), и получить одобрение Министерства гражданской администрации Китая (民政部). Большое количество потенциальных благотворителей не справляется с бюрократическими формальностями: например, частному лицу, чтобы основать благотворительную организацию, необходимо вложить в неё не менее 2 млн. юаней ($ 313, 598).

Число «поручителей» ограничено, и они не мотивированы на работу с благотворительностью. В связи с чрезмерной занятостью возможных «поручителей», основанием для отказа в регистрации благотворительной организации может стать наличие уже действующих организаций со схожими целями. Функционирующие в такой системе благотворительные организации конкурируют между собой и ведут активную борьбу за «сферы влияния».

Кроме того, «поручители» отдают предпочтение тем, кто стремится решить проблемы национального масштаба, маленькие фонды помощи конкретным людям или небольшим группам людей их редко интересуют. Другими словами, «поручители» скорее согласятся взять под свою опеку организацию, которая собирает средства на абстрактную модернизацию системы здравоохранения, чем небольшой фонд помощи больным с редким заболеванием.

Юй Пеннянь в 2009 году стал "заслуженным" филантропом.
Юй Пеннянь — самый щедрый китайский миллиардер.

Ещё одна специфическая проблема китайской благотворительности – жёсткая формализация процессов администрирования деятельности уже прошедших регистрацию организаций. Кому нужно помочь в первую очередь, каков объём необходимой помощи, как собирать средства – во всех ключевых вопросах последнее слово остаётся за «поручителями». Это приводит к консерватизму, однородности и инертности сектора благотворительности. «Поручители» не одобрят сбор средств на проведение косметических операций или на отправку больных на лечение заграницу. Но это ещё полбеды. Помогать китаянкам, пострадавшим от домашнего насилия или вовлечённым в занятия проституцией, тоже не получится – официально в Китае не существует таких проблем и ни один «поручитель» не возьмётся курировать организацию ими занимающуюся. Таким образом, рядовые китайские благотворители не могут помогать тем, кому считают необходимым помогать. Чаще всего они жертвуют большим фондам с абстрактными целями, которые просто передают собранные средства в общую государственную копилку.

В 2005 году объём пожертвований на благотворительность в Китае составил 0,05% от ВВП, в 2011 году уже 0,18%. В связи ростом интереса к благотворительности возникла потребность в изменении государственной политики в области её регулирования, а также в создании соответствующей нормативно-правовой базы. Первые шаги в этом направлении были сделаны в 2006 году, когда компартия всерьёз взялась за «гармонизацию общества», признав наличие острых социально-экономических проблем, связанных с сильной дифференциацией доходов населения. В начале 2007 года было объявлено, что  Закону о благотворительности (慈善法) будет уделено повышенное внимание – его рассмотрят одновременно высший законодательный орган (ВСНП) и высший исполнительный орган (Государственный совет Китая). Новый закон должен был отделить благотворительные организации от других общественных организаций и создать для них особое нормативное поле. Тем не менее, законопроект в 2007 году принят не был. Основным спорным моментом стал уровень контроля государства над деятельностью благотворительных организаций: одни предлагали дать больше возможностей для самоорганизации, другие – требовали укрепление института «поручителей». Кроме того, китайские законодатели не смогли решить, что именно считать благотворительностью и как должен проходить сбор пожертвований.

Несовершенство государственной политики в области благотворительности стало очевидным в период ликвидации крупных природных катаклизмов 2008-2009 годов –  «снежного кризиса» (2008年中国南方雪灾) и сычуаньского землетрясения (四川大地震). Бедствия коснулись, прежде всего, населения беднейших центральных и западных провинций. Правительство Китая, по сути, впервые было вынуждено прибегнуть к помощи благотворительных организаций и волонтёров. В 2009 году Закон о благотворительности, в срочном порядке отправленный ВСНП на доработку, активно обсуждался в СМИ и академических кругах. После некоторого затишья, он вновь привлек внимание общественности в середине прошлого года в связи с серией громких коррупционных скандалов, в которых были замешены как китайские, так и крупные международные благотворительные организации. В результате законопроект уже в третий раз был включён в рабочий план высших органов власти Китая.

В то время, как на национальном уровне создание нормативно-правовой базы, регулирующей благотворительную деятельность, постоянно откладывается, на уровне отдельных провинций наблюдается небольшой прогресс. В 2010 году соответствующие законы приняты в провинции Цзянсу, которая занимает ведущие позиции в экономическом развитии и по уровню жизни населения, и в весьма бедной аграрной провинции Хунань. Ещё один закон был принят в городе Нинбо – преуспевающем промышленном и экономическом центре провинции Чжэцзян. Эти три законодательных акта в целом схожи, но в некоторых моментах принципиально отличаются друг от друга.

Власти Цзянсу и Нинбо заниматься благотворительностью разрешили не только организациям, но и отдельным гражданам, а в Хунани – только официально зарегистрированным организациям, в числе которых отдельно указан «Красный крест». В то же время, хунаньский закон разрешает любым СМИ помогать благотворительным организациям в сборе пожертвований и даже самостоятельно выступать организаторами сбора средства для последующей передачи их на благотворительность. Все три закона предусматривают разные требования к контролю над деятельностью благотворительных фондов со стороны местных властей, а также разные санкции за нецелевое расходование собранных средств – от штрафов до уголовного преследования. Никаких заявлений властями сделано не было, но, исходя из практики принятия политических решений, распространённой в Китае, можно предположить, что руководство страны пошло на локальные эксперименты, пытаясь опытным путём выяснить, что такое благотворительность и сколько нужно свободы благотворительным организациям.

Несколько десятилетий назад все жители Китая были одинаково бедны, и им было нечем делиться друг с другом. Кроме того, рядовым китайцам в принципе не свойственна беспричинная щедрость. Конфуцианство учит их надеяться на самих себя и своих родственников, доверяя государству заботу о тех, кому помочь некому. Проще говоря, благотворительность китайцам в новинку. Однако главная проблема современной китайской благотворительности не в отсутствии богатых филантропов и не в культурных традициях. Сектор благотворительности в Китае не развивается потому, что компартия боится любых проявлений самостоятельности граждан. Компартия ещё не готова позволить инициативному и щедрому меньшинству бесконтрольно творить добро, не говоря уже о том, чтобы учить менее инициативное большинство состраданию и социальной ответственности. Пример Китая в сфере государственного администрирования благотворительной деятельности поучителен – это длинная и весьма печальная история о том, как эффективно отбивать у людей желание безвозмездно помогать незнакомцам.

Материал написан для проекта «Международная благотворительность» Русфонда – благотворительного фонда помощи больным детям ИД Коммерсант. Прочитать другие материалы проекта и узнать о деятельности Русфонда можно на официальном сайт.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

  Подписаться  
новые старые популярные
Уведомления на
Александр Мальцев
Редактор

Спасибо за интересный пост. А что с налогами? На Западе меценатам еще дают налоговые послабления, как с этим в Китае? И можно подробнее про Чжан Тянь, что за скандал?

У Красного Креста в Китае репутация сильно подпорчена несколькими скандалами начиная с середины 2000-х. Начиная от глупостей, когда какая-то работница КК разместила в Вэйбо фотки себя с «тазиком денег».

Александр Мальцев
Редактор

Еще также вспомнились скандалы другого типа, когда выяснялось, что звезды масштаба Чжеки Чана (в т.ч. он сам) только на словах говорили, что жертвовали тем-то и тем-то, а на самом деле никаких средств в фонды не поступало. 丢脸!

Infusiastic
Гость

Люблю крутые статьи в Магазете!

Хотя за китайцев грустно, конечно.

Yegor Ge
Гость
Yegor Ge

Хороший материал. Спасибо!

Анна Потапова
Читатель

С возвращением, Аня! Пиши ещё )

андрей
Гость
андрей

Весьма обстоятельный материал, спасибо. Но не слишком ли пессимистично заключение? Немного диссонирует по уровню эмоциональности с общим бесстрастным настроем текста. Все-таки китайцы в этом деле лишь в начале пути… Или это требование Русфонда?