Танцы — неотъемлемая часть культуры любого народа. На протяжении всей истории существования Китая, не только самобытные, но и иностранные танцы влияли на построение отношений в обществе, помогая людям выражать себя и создавать нечто прекрасное. Авторы Магазеты живо интересуются этой частью китайского быта и в историческом аспекте, и сегодня.

Народ мяо (苗) известен в Китае в первую очередь своей древней культурой, а также тем, что именно они создали некогда царство Чу. В некоторых диалектах у мяо может быть до 12 тонов. Они славятся многим: искусными вышивками, народными песнями, древними обычаями. Но ни одна деревня, ни один праздник и ни один мужчина не может обойтись без музыкального инструмента под названием лушэн (芦笙). Этот музыкальный инструмент по своему устройству напоминает волынку. А слушатели, конечно же, исполняют народные танцы, о которых написал в своём материале «Танцующие Мяо» автор xiaohe.

О китайском танце с африканскими корнями рассказывает в своей статье автор Шелк. За пышностью национальных танцев народности хань – Дракона и Льва — не каждый разглядит древний смысл танцев многочисленных малых народов, населяющих Китай. Одним из таких ритуальных действ является необычный танец народности чжуан, в котором «кошки» входят в транс, извиваются и кричат, что не может не вызывать ассоциации с Африкой, и ее колыбелью культуры – Египтом. Однако, если мы попытаемся проследить корни этой традиции еще глубже, то обнаружим удивительное совпадение этого образа во всех уголках планеты.

На пороге Нового года версии-1960 в Пекине открылась первая экспериментальная балетная труппа. Она была создана на базе профессионального балетного института, основанного пятью годами ранее, не без усилий нашего соотечественника Петра Андреевича Гусева (彼·安·古雪夫). Воспитание первого поколения китайских танцоров взяли в руки советские специалисты, и вскоре пекинская публика смогла увидеть «Лебединое озеро» с Бай Шусян (白淑湘) в роли Одетты/Одиллии. Анна Потапова рассказывает, что Гусев выбрал этот спектакль не случайно: это не только классическая постановка, но и прекрасный способ отработать технику, понять особенности русской балетной школы.

Русскую эмиграцию обычно окружает аура трагического романтизма. Но любая история имеет и свою теневую сторону. Очутившись в новой, чужой среде, русские беженцы не встретили ни сострадания, ни понимания. Пока их невзгоды сохраняли печать новизны, они вызывали у местных любопытство – не более того. Читайте материал «Белая графиня» о русских танцовщицах и проститутках в Китае начала XX века автора Шелк.

Шелк в целой серии своих статей поднимает вопрос «Зачем китайские мужчины танцуют танец живота?«. В качестве примера выступает Чжан Шэн, тридцативосьмилетний руководитель одного из отделов фирмы в Пекине, который посещает класс по танцу живота каждую субботу. По его мнению постоянные банкеты и недостаток движения «отблагодарили» его пивным брюшком, поэтому занятия танцами не только помогают ему терять вес, но и снимают напряжение от рабочей недели.

Продолжает тему танца живота в Китае рассказ Шелк о звезде китайского беллиданса. Го Вэй — одна из самых ярких фигур в китайском беллидансе, он известный танцовщик, настоящая звезда китайского танца живота, преподающий это искусство.

Пока иностранцы очаровываются чайными церемониями, изучают традиционные боевые искусства и пытаются познать идеи древнекитайских философов, современные китайцы также не могут противостоять чарам глобализации и разделяют увлечения своих современников в других частях земного шара. Одни очаровываются элегантностью бальных танцев, у других сердце бьется под ритм африканских барабанов, а кто-то покоряется винтажной эстетике линди хопа, о чём пишет Жанна Хромых.

Александр Мальцев рассказал читателям Магазеты о ещё одном диковинном заграничном танце, становящимся всё более популярным в Китае. Прежде чем говорить о капоэйре в Китае, нужно хорошо понять местный контекст, китайскую культуру и менталитет. Капоэйра в Китае есть. Её ещё очень мало, она не так известна в широких кругах, она не считается чем-то “крутым” и популярным среди местной молодёжи, здесь не проводятся ежемесячные семинары бразильских местре и даже нет школы “Abadá Capoeira”.

В любом возрасте есть свои плюсы, но в китайской культуре особенно ощущается, что лучшее время — это за шестьдесят: когда дети выросли, долг перед обществом выполнен, а здоровье еще позволяет вести активный образ жизни. Китайские пенсионеры действительно умеют жить и наслаждаться жизнью. Чтобы разузнать секреты счастливой старости, редакция Магазеты провела несколько выходных в компании ханчжоуских пенсионеров и подготовила небольшое видео о жизни 60+. Без танцев не обошлось.

Для заглавной иллюстрации использовано фотография Ah-Lan Dance.

comments powered by HyperComments