Книжные магазины в современном мире утрачивают свою основную функцию продажи книг: онлайн-платформы и электронные издания ставят под вопрос само существование печатной продукции. Но тем сильнее становится потребность в офлайн книжных как месте для встречи и дискуссии. The Bookworm — культовое место в современном Пекине: независимый книжный магазин, библиотека, издательство, ежегодный фестиваль и площадка для общения самой интеллектуально активной части столичного экспат- и не только сообщества. Юлия Лобынцева, бывший event-менеджер The Bookworm, рассказала Магазете о жизни главного независимого книжного Пекина.

Юлия Лобынцева на работе. Фото: из архива Юлии
Юлия Лобынцева на работе. Фото: из архива Юлии

От преподавания китайского к искусству

Я приехала в Китай во второй раз в 2012 году по стипендии от института Конфуция на магистратуру по преподаванию китайского как иностранного, но быстро поняла, что это не мое, и решила прекратить дальнейшее обучение в этом направлении. До этого я ездила на один учебный год по обмену между Волгоградским педагогическим университетом, где училась, и Тяньцзиньским языковым институтом.

Оставив учебу в магистратуру, я переехала в Пекин и решила, что буду куратором. Своей настойчивостью я добилась работы в галерее тибетского искусства в пекинском арт-районе 798. Потом я поняла, что просто так быть классным куратором у меня не получается, и я нашла объявление на работу в The Bookworm на позицию events and marketing manager (менеджер по маркетингу и организации мероприятий). Я рассказала своему будущему боссу о любви к литературе, он что-то мне ответил на совершенно непонятном ирландском английском, и вот так меня приняли.

Julia from The Bookworm

The Bookworm — это независимый книжный магазин, то есть правительство Китая никак ему не помогает деньгами и почти никак не влияет на его деятельность, а он существует на деньги от продажи книг, билетов на мероприятия и выручки от ресторана. И самое главное, что The Bookworm — это такое культурное пространство, где любят тусоваться авторы, журналисты и различные «интеллектуалы». То есть там сочетаются три места: книжный магазин, культурное пространство и ресторан.

В The Bookworm почти каждый день проводятся различные дискуссии, книжные презентации, поэтические слэмы и т. д. Организацией этих мероприятий я в основном и занималась. Еще занималась раскруткой места, связями с общественностью, в общем я там жила и спала (иногда даже разливала напитки за барной стойкой). Меня в Пекине все знают как Julia from The Bookworm, хотя я там больше не работаю.

У меня все коллеги были китайцы, весь персонал ресторана — тоже китайцы, то есть без знания китайского меня бы не приняли – с ними же нужно как-то работать, у официантов развивать понятие, что клиент всегда прав (в Китае трудно с обслуживанием), постоянно смотреть, чтобы они делали свою работу, и т. д. Ребятам из книжной секции я часто объясняла, как важно покупателю что-то посоветовать, спросить что ему интересно, чем он занимается и т. д.

Босс у меня был ирландец, бывший журналист, работавший на издательство The Telegraph. Работала я почти всегда одна, кроме того времени, когда мы готовились к Литературному фестивалю, тогда уже наняли команду ребят из США, Бельгии, Ирана и Британии. И в итоге с парнем из США мы проработали вместе еще два года.

Постепенно The Bookworm перестал быть только ориентированным на экспатов, и мы стали делать китайские мероприятия и переводить все объявления на всех маркетинговых платформах, которые мы использовали, с английского на китайский.

Ежегодный литературный фестиваль - одно из главных мероприятий, проводимых The Bookworm в Пекине. Фото: из архива Юлии
Ежегодный литературный фестиваль — одно из главных мероприятий, проводимых The Bookworm в Пекине. Фото: из архива Юлии

Выбор литературы и бестселлеры

Когда вращаешься в одном обществе с журналистами и писателями, примерно понимаешь, какие книги сейчас востребованы, особенно о Китае. Часто люди, которые живут в Китае по 30 лет и работают на какое-нибудь уважаемое издательство типа Нью-Йорк Таймс, приходили к нам и говорили: «В следующем году я выпускаю свою книгу». Это был сигнал, что сразу нужно было связываться с их издателем и заказывать эту книгу. Это было важно для поддержания статуса места, где проводит время интеллектуальная тусовка пекинских иностранцев.

Вообще The Bookworm — это не какой-нибудь Page One, где у них хит сезона — это Джейн Эйр или другая классика. Все книги, которые shortlisted и longlisted на разные премии, должны быть. Классика о Китае, типа Midnight in Peking или The End of Copycat China, разбирается за неделю.

Когда я начинала в 2014, у нас было много спорных книг — о Гонконге, партии, Тайване и т. д. Потом постепенно от них начали избавляться или заказывать единичными посылками. Некоторые авторы продолжали привозить по несколько своих книг в лично багаже, но это стало очень рискованным, и сейчас так редко делается. Потом я слышала, как у обычных людей отбирали книги на пути из Гонконга в Пекин.

Я никогда не видела списка запрещенных книг, но когда работаешь с книгами начинаешь понимать, что можно, а что можно, но очень осторожно, и что совершенно нельзя. Как и в журналистике действует правило трех Т: Тибет, Тайвань и Тяньаньмэнь. Это ни для кого не секрет. О таком лучше не писать и не говорить.

Еще это очень зависит от положения авторов в китайском обществе и от того, говорили ли они что-нибудь нехорошее про Китай в последнее время или нет. Например, как-то автор во время мероприятия очень негативно высказывался о политике Китая по отношению к беженцам из Северной Кореи, и все это быстро попало в прессу. Тогда пришлось принимать меры и менять обратный билет автора, чтобы она улетела пораньше.

Юлия Лобынцева с волонтером Натальей. Фото: Jack Soltysik
Юлия Лобынцева с волонтером Натальей. Фото: Jack Soltysik

Книжный как культурное пространство

Мероприятия проводились абсолютно разные; было, конечно, очень много ориентированных на Китай и китайскую культуру. Самые популярные мероприятия — «Where is China heading next?» (Что ожидает Китай?), «Whats the future of Hong Kong?» (Каково будущее Гонконга?), «Tech in China» (Технологии в Китае) или «I was a foreign kid when Tiananmen happened» (Я был иностранным ребенком во время событий на Тяньаньмэнь). И самое популярное — это что-нибудь на тему отношений США и КНР.

Были реально классные книжные презентации с известными авторами, журналистами, и даже приезжал Арт Шпигельман. Но было еще очень много запросов от иностранных парней, чтобы презентовать свою книгу о том, как они соблазняли китайских девушек или познавали конфуцианство. Такие книги и мероприятия миру больше не нужны, поэтому я старалась от такого откреститься.

Китайцев начиная с 2014 года приходило все больше и больше. Вообще я всех посетителей делила на категории, из китайской публики я выделила пять: 1) выпускник Гарварда, переспорит любого спикера и задаст 6 вопросов, хотя было разрешение только на один; 2) защитник китайской партии, который обязательно пуститься в дискуссию, о том, что иностранцы сами о себе должны задуматься, прежде чем обсуждать Китай; 3) очень умные ребята, которые дружат с Ай Вэйвэем и обязательно знакомы с каким-нибудь высланным в Австралию адвокатом; 4) андеграундная тусовка, которая снимает фильмы о ЛГБТ-сообществе; ну и 5) просто интересующиеся ребята, поклонники спикера и т. д. Категорий посетителей-иностранцев еще больше.

Мероприятия мы почти все проводили. Когда были спорные мероприятия, иногда приходили полицейские в форме посмотреть и послушать. Но явных конфликтов никогда не возникало.

Сейчас Юлия работает в резиденции Red Gate Gallery. Источник: Goethe-Institut China
Сейчас Юлия работает в резиденции Red Gate Gallery. Источник: Goethe-Institut China

Red Gate Gallery: обратно к искусству

Из The Bookworm я ушла после трех лет работы. Мне захотелось чего-то нового: я просто устала находиться там каждый день. Плюс после двух международных Литературных фестивалей, которые мы организовывали в 2015 и 2016, в 2017 году мы решили взять перерыв (из-за денег, хотя все решили драматизировать и распустить слух, что из-за цензуры). А оставаться в The Bookworm без Литературного фестиваля было очень грустно.

Сейчас я директор международной резиденции для иностранных художников при Red Gate Gallery. Это первая частная галерея китайского современного искусства. На данный момент я очень много работаю с художниками и занимаюсь сотрудничеством с подобными организациями по всему миру. Это работа очень похожа на The Bookworm. Вообще художественный мир очень переплетается с литературным, мне нравится работать вместе с приезжими художниками и исследователями в рамках их проектов, помогать найти информацию, человека, провести интервью и т. д. Мне все еще кажется, что я делаю что-то важное.

Китай для построения карьеры я выбирала не потому, что тут легко. Просто так вышло. Я была не против бы оказаться в Америке и Европе, сейчас я уже больше понимаю, что им нужно в плане культурных связей и т. д., возможно это поможет мне сменить место жительства. Каждый раз когда я решаю уехать из Пекина, появляется какой-нибудь новый проект или интерес, и я думаю, что еще чуть-чуть поживу и уеду. Но надеюсь, что скоро получится, очень хочется пожить в других странах.

Для заглавной иллюстрации использовано фото The Bookworm в Пекине. Источник: Pinterest

Вам понравилась наша статья? Поделитесь ею в соцсетях (достаточно кликнуть на иконку внизу страницы).

Если вы хотите быть в курсе наших публикаций, подписывайтесь на страницу Магазеты в facebookvkinstagramtelegram и наш аккаунт в WeChat — magazeta_com.

  • 13
  • 93
  •  
  •  
  •  
РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

11
Оставить комментарий

avatar
6 Цепочка комментария
5 Ответы по цепочке
1 Подписчики
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
9 Авторы комментариев
GlebЛидияОльга于晓乔Novalis Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новые старые популярные
Уведомления на
Владимир Жданов
Читатель

А все остальные книжные магазины в Китае зависимы от государства и живут не только от прибыли, но и ещё от чего-то?

Yulia
Читатель

Ну например, когда в Пекине каждый год проводилась Международная Книжная Выставка, которая организовывалась некоторыми близкими к государству издательствами, Букворм был одним из книжных, который не включали в программу, где проводились официальные мероприятия. Я вот такие моменты имела в виду.

Novalis
Читатель

я думаю, если на книгах написана цена, то это уже «советский» вариант книжного магазина. если цена зафискирована на самой книге, это уже не совсем бизнес. поэтому думаю, что живут книжные не на деньги от продажи книг, а на бюджетные. по крайней мере это касается большинства книжных

Владимир Жданов
Читатель

Ну для книжного магазина может быть другая закупочная цена, например.

Andrey
Читатель
Andrey

А еще там каждое воскресенье по вечерам проводится «Что? Где? Когда?» на русском языке.

Саша
Гость
Саша

а еще для русских интеллектуалов там по воскресеньям проводится «Что? Где? Когда?»! Приходите кому интересно :)

Лидия
Гость
Лидия

Спасибо за статью, очень любопытно было прочитать, только уж больно много опечаток.

Как принять участие в игре?

于晓乔
Гость
于晓乔

Очень интересная история! Теперь хочется литературных рекомендаций от Юлии !!!

Ольга
Гость
Ольга

Очень интересно! Спасибо за статью! Несколько лет не была в Пекине, и тут прямо ностальгия накрыла)))

馬鹿外人
Читатель

А есть ли нечто похожее в Шанхае?

Yulia
Читатель

В Шанхае есть M on the Bund , у них бывают похожие именты как и в Букворме