Осень Халасо, глава 1 / Сергей Баловин в Китае

Незаконченная книга, 217-219 стр. [1])

Когда я работал в Воронежском пединституте, у меня была отдельная группа студентов из Китая, которым я преподавал живопись. Мне достались раздолбаи, которые часто прогуливали занятия. Только студент Лю Ган исправно ходил всегда. Однажды он честно пришёл один из всей группы предупредить, что сегодня никто не сможет заниматься живописью, потому что декан поручил всем разучивать патриотическую песню о дружбе народов. Сунул мне пачку китайских сигарет и ушёл петь с товарищами. Он всегда дарил мне сигареты, несмотря на то, что я не курил.

Лю Ган любил Россию и прожил там семь лет. После окончания основного обучения решил писать кандидатскую диссертацию. Все семь лет он жил в студенческом общежитии и готовил китайские блюда для своих соотечественников. Иногда он приглашал меня на ужин оценить его очередной кулинарный опус. Однажды я спросил его, нравится ли ему русская кухня, Лю Ган кивал головой:

– О-о! Да, это осень вкусно!

– А есть у тебя любимое блюдо?

– Да, да, – кивал Люган, – майонез! Майонез – осень халасо!

Как-то раз Лю Ган привел ко мне в мастерскую какого-то китайца и сказал, что это его учитель, товарищ Шень, известный художник из города Чунцин. Оказалось, что учитель приехал в Воронежский пединститут преподавать живопись. Он подписал какой-то контракт на русском языке и получилось, что прибыл по студенческому обмену. Его поселили в общежитие со студентами, где он прожил полгода. Россию он в основном наблюдал из окна своей маленькой комнатки, работая над пейзажами по фотографиям. Иногда, отдыхая от работы, он с друзьями стрелял из пневматической винтовки из того же окна по бутылкам, стоявшим у мусорки.

Товарищ Шень пришел с пачкой сигарет. Я налил ему коньяка. Захмелев, Шень стал нахваливать мои акварели:

– О-о! Халасо! Осень халасо!

Сказал, что мог бы помочь мне с выставкой в своём родном Чунцин. Лю Ган перевёл мне, что это большой современный город и там такие работы будут интересны людям, и люди точно что-то купят.

Я писал их в течении нескольких лет путешествий по Европе и России. Каждый раз работал с натуры, рядом с каким-нибудь водоёмом, из которого и брал воду: от каналов Петербурга и Венеции до Ламанша и Атлантического океана. Эти пробы воды были для меня подобны священному ритуалу. В них было что-то очень личное и эти работы были очень дороги для меня. Мне всегда жалко было их продавать, но и хранить все в закрытых папках тоже не хотелось. Я мечтал их когда-нибудь выставить. Но в России не так много ценителей акварели, и это было бы слишком затратно. Поэтому я сразу принял предложение о выставке в Китае, и мы договорились о возможных сроках.

Вскоре товарищ Шень попросил помочь устроить его персональную выставку в музее изобразительных искусств в Воронеже. Стоит отметить, что это лучшее место в городе, где можно было бы выставиться. Это серьёзный музей с богатой коллекцией русского и западноевропейского искусства, и сделать выставку там большая честь для любого художника. Мне посчастливилось представить там совместный с французами кураторский проект, и товарищ Шень знал, что в музее ко мне относятся хорошо. Договориться о его выставке было довольно сложно. Товарищ Шень должен был уехать уже через три месяца, а график музейных мероприятий на ближайшие полгода был уже утверждён. Тем не менее, директор пошёл на встречу, и выставку вскоре открыли.

Шень все время благодарил меня за помощь, дарил сигареты и повторял, что будет помогать мне в Китае. С ним мы общались только через переводчиков. За полгода жизни в России он выучил единственную фразу:

– Осень халасо!

Когда он вернулся в Чунцин, я начал готовиться к поездке. Оформил визу, договорился с руководством института, чтобы мне предоставили отпуск в начале учебного года и купил билеты себе и Лю Гану. Он согласился лететь со мной в качестве помощника и переводчика. Товарищ Шень обещал найти хорошую галерею и жилье.

За четыре дня до вылета Лю Ган сообщил, что товарищ Шень уехал из Китая на год куда-то в другую страну и помочь не сможет. В Китае нас никто не ждал. Сдавать билеты не хотелось. В тот же день мои китайские студенты собрали экстренное заседание в баре. Решался вопрос о том, кто меня встретит в Китае. В итоге вместо города Чунцин мне предложили город Цзинань. Вместо товарища Шенья, предложили дядю Щу. Щу – дядя студента Вэна, у которого я руководил дипломной работой. Дядя Щу там заведовал какой-то школой искусств и теперь он должен был нас встречать и помогать с выставкой.

В Цзинане как раз не так давно работал мой учитель Георгий Пушин, он знал дядю Щу. Я купил коньяк и пошёл к нему проконсультироваться. Я нервничал, Пушин меня успокаивал:

– Не переживай, Серега! Дядя Щу тебе поможет! – говорил Пушин.

Вскоре мы с Лю Ганом и его подругой уже шли по Пекину. Пекин пытался нас расположить к себе своим тёплым октябрьским солнцем, но я не переставал нервничать: организовать нормально выставку, ради которой я приехал, за два месяца без предварительных договорённостей очень сложно. В этой стране я не знал никого, кроме моего переводчика и его подруги.

Через пару дней мы уже стояли на вокзале в Цзинане. Нас никто не встречал. У меня был огромный чемодан, в двойном дне которого томились около 70 акварелей. С нашими вещами мы втроём даже не могли втиснуться в одну машину. Мы взяли два такси и поехали искать дядю Щу.

Примечания

  1. «Незаконченная книга» – проект автора, предполагающий печатное издание книги отдельными страницами. Оригинал данного текста на трех языках был издан специально для выставки «Осень Халасо» в Edo Museum (Шанхай, 2011[]
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
РЕКЛАМА

Медиакит и ценыНативная рекламаСвязаться

Художник. Родился и вырос в г. Воронеже. Акварель стал осваивать в возрасте 2 лет, рисовал деревья. В 7 лет изображал с натуры импортные пивные банки. В 8 лет начал рисовать в художественной школе чайники и бутылки, чем продолжал заниматься вплоть до окончания Факультета художественного образования в Педагогическом университете. В семнадцать лет начал преподавать искусство рисования чайников и бутылок в Детской школе архитектуры и дизайна. В 21 год стал преподавать искусство рисования чайников и бутылок в родном вузе. Потом попал во Францию, и пожив три года на две страны, понял, что рисовать можно не только чайники и бутылки. В 2008-2010 году совместно с Луиз Морин реализует кураторский проект "Petit. Что-то маленькое" и собирает маленькие работы нескольких десятков художников с разных континентов, укладывая все в один чемодан. Выставка в чемодане прокатилась от Западной Европы до Восточной Азии. В 2010 году, скрываясь от Армии, решает перебраться в Китай, выбрав своим пристанищем Шанхай. Там живет и по сей день, надоедая местным жителям своим искусством. Подробное ЖЖизнеописание: balovin.livejournal.com
новые старые популярные
Уведомления на
Korvita
Читатель
Korvita

Дальше! Дальше!

Tosika Sun
Читатель

Ай, на самом интересном месте!.. А дальше?
Про воду для акварелей — очень душевно, даже трогательно =)

snail
Гость
snail

это замечательно.
вода для акварелей — деталь потрясающая. Никогда нигде раньше такого не встречала.
рассказывайте еще!

Александр Мальцев
Редактор

Дорогие читатели, вы можете уже сейчас почитать продолжение этой недописанной книги на выставке Сергея в Шанхае. А также поучаствовать в её дописывании ;)

Виктор Ширяев
Читатель

Дорогие *шанхайские* читатели.. :)

Анастасия Кравченко
Читатель

А всю книгу где-то скачать можно?

Ирина
Гость
Ирина

Очень-очень интересно! ждем продолжения с нетерпением!

Александр
Гость
Александр

Одобрям!

Leontodo
Гость
Leontodo

захотелось срочно бежать смотреть акварели автора! (в Шанхае)

Helen Indecorum
Читатель

Я тоже жажду читать дальше!!

Korvita
Читатель
Korvita

На сайт автора не ходите.Ждите продолжения здесь.Больше удовольствия получите.

stkonrad
Гость
stkonrad

Двойное дно? были проблемы с вывозом картин? Очень интересно. Ждемс!

ТайПо
Гость
ТайПо

Глава 1, а страница 217??? По-моему, от нас многое утаивают:-))