Ли Бай. Сто избранных лирик

Ли Бай. Сто избранных лирик

Уважаемые читатели, сегодня я хочу познакомить вас с моей новой книгой, которая была издана в Минске самой известной редакцией Беларуси «Мастацкая литература». Этот стихотворный сборник посвящен самому известному древнему поэту Китая — Ли Бай, которого хорошо знают даже наши дети.

Раньше русские переводчики называли этого поэта Ли Бо, согласно древнему произношению, но сейчас в Китае никто не знает его под таким именем и все его зовут Ли Бай. Читать далее «Ли Бай. Сто избранных лирик»

Гуанчжоу, 6-я строительная ул.

Маредакция публикует замечательные стихи Алекса Е, которые он прислал через не менее замечательную форму гостевых постов.


Воспоминания менеджера низшего звена о Гуанчжоу 2008-го года, стихотворение публикуется впервые.

«6-я строительная ул.»

Жужжанье офисных клетушек
Под вечер гул сменил иной
И свет от ярких безделушек
Сопровождает путь домой

Глаза и зубы предлагают
Приобрести уйгуров дурь
И бизнес их оберегая
На табуретках спит патруль.

Читать далее «Гуанчжоу, 6-я строительная ул.»

Синьцзянский цикл

Кашгар / Синьцзянский цикл. Стихи Гранта Грантова

Любовь моя, мой лал в оправе кохля

Любовь моя, мой лал в оправе кохля!
Услада мыслей горною дорогой.
Скажи мне пол аята с полуслова,
совсем немного.
Минуту нет тебя – изнемогаю!
«И день, и ночь — рыдания и муки».
Вот только вновь найду тебя -не знаю.
Не верь разлуке!
Но если не найду тебя, вернувшись,
пусть встретит меня Хызр святой картечью —
не жил я никогда полусогнувшись!
Не верь, не встретит:
у джина пир такой, что не разбудит
зурной в бою усталого солдата.
Но если и в аду тебя не будет,
не нужно ада!
И звери на могиле, что полгода
джигита тело зорко охраняли,
меня проводят горною дорогой —
не нужно рая.
Читать далее «Синьцзянский цикл»

Стихи. Китайский цикл

Пекинский двор

Привет тебе, пекинский старый двор! Где четверо семей в одном когда-то жили. Где круглый, резаный из камня серый стол, он в центре, как старик, дает отпор тем женам, что юань его любили, а после, выпив чай — одарит блажью; Названье режет слух: «сы-хэ-юар», одетый в холода гордыни, прядью, на время вечное, иль просто, тихой гладью, на небе зимнем, светло-голубом — большой замок, чугунные засовы: теперь американец тут живет, не нов он здесь, а здесь и все не ново, а, может, «оси зла» — наоборот?.. Cороки здесь кричат, почти, как вдовы. Теперь американец тут живет.

Читать далее «Стихи. Китайский цикл»

Любимица Господина Лю

У господина Лю собачка в доме есть-
Игривое, смышленое созданье.
Она усядется, коль вы велите сесть,
На новое готовая заданье.

Они выходят на прогулку в шесть утра,
Хозяин и смешная собачонка.
И он, на улицу шагая со двора,
Журит её шутливо,  как ребёнка.

Сейчас из рисовой бумаги день за днём
Фонарики он клеит терпеливо.
Умел и ловок мастер в ремесле своём,
И все его работы как на диво.

А если вдруг в тени задремлет старичок,
Прогулкой иль работой утомлённый,
Она пришлёпает и ляжет под бочок,
В предел ей стариком определённый.

На рынок носит он фонарики свои,
По пять юаней продает за штуку.
Любимице своей он купит кости и
Себе капусты, уксуса и луку.

Под вечер старый Лю присядет на кровать,
Подумает, открыв «Цюаньминя» пачку,
Что он пока еще не хочет помирать
И без присмотра оставлять собачку.

© Copyright: Матвей Песегов

楊柳青青江水平。。。

楊柳青青江水平,
聞郎江上唱歌聲。
東邊日出西邊雨,
道是無晴還有晴。

Yángliǔ qīngqīng jiāngshuǐ píng,
wén láng jiāng shàng chànggē shēng.
Dōngbian rìchū xībian yǔ,
dàoshì wú qíng háiyǒu qíng.

Ивы зелены, воды тиха гладь,
С речки твой голос далеко слыхать.
То солнце с востока, то с запада дождь,
Ясно на сердце иль нет не поймёшь.

(Перевод Альберта «Папа ХуХу» Крисского)

Подробнее об этом древнем китайском стихе, написанном на бамбуковых дощечках, читайте в Байдупедии.

По древним улицам Пекина…

Матвей Песегов уже известный старым читателям Магазеты поэт, художник и уважаемый автор самого популярного блога о Китае. Матвей возвращается в Магазету со своими прекрасными стихами о столице Поднебесной.

«Пекин»

Такая выпала судьба:
По древним улицам Пекина
Не семеню шажком раба,
Иду походкой мандарина.

Вот Тяньаньмэнь, людей полна.
И я , спокойный и довольный:
Весь город так же, как она,
Столь правильно прямоугольный.

На этой площади тогда
Вещал взволнованный оратор,
Что старые ушли года,
И что низложен император.

И слышу крики, звон мечей
Под сенью красного Гугуна
И эхо пламенных речей
Великого Мао Цзедуна.

Как элегантный господин,
Купивший новые наряды,
Преображается Пекин
В преддверии Олимпиады.

Век двадцать первый нам сейчас
Диктует новые законы,
И вот в бамбуковых лесах
Уже не водятся драконы.

Но так же городской покой
Хранят с небес цветные змеи,
И увлекают за собой
Узорчатые галереи.

И я гляжу на стариков,
Которыми полна столица:
Прямые линии веков
Их мудрые покрыли лица

А птички рядом, как всегда,
Сидят себе в ажурных клетках
Струится в ручейках вода,
И вьются розы на беседках.