Погружение в Китай как путь без конца: у каждого свои лао го и сяонань

ПОГРУЖЕНИЕ В КИТАЙ КАК ПУТЬ БЕЗ КОНЦА: У КАЖДОГО СВОИ ЛАО ГО И СЯОНАНЬ

Как это начиналось

Лето 1987 года. Сын мой Костя окончил второй курс Института стран Азии и Африки (ИСАА) при МГУ, и его на 2 года призвали в армию. Будет он теперь не студентом, а солдатом.

Слава Липовецкий, мой старинный приятель, увлек меня культурой Китая — книжки читаю, на выставки хожу. А в СССР в это время бум интереса к ушу. Я тоже хочу учиться, и перед своим отъездом в солдаты сын свёл меня с аспирантом-китаистом ИСАА Алексеем Масловым ((О том, кто А. А. Маслов сегодня, см. http://www.hse.ru/org/persons/13425994)). У него Костя еще старшеклассником занимался в Школе молодого востоковеда при этом институте. Алеша сказал нам, что с сентября станет вести занятия тайцзицюань, и обещал взять меня в свою группу.

До этого я несколько лет занималась разными аспектами йоги, аутогенной тренировкой, гимнастикой плавных движений, суставной гимнастикой, массажем и др. подобными практиками, сама «на общественных началах» вела оздоровительную группу любителей, с которой каждое воскресенье выезжала на природу, где мы проводили несколько часов на поляне возле озера, делая разные упражнения и бегая босиком по определенной системе, дающей ощущение невесомости и полета.

Но вот пришел сентябрь 1987 г., и наши занятия у А. Маслова начались. Это был лекционно-практический курс. Сначала было что-то вроде вводных лекций (немного истории, немного философии, немного базовых понятий школы и т. п.) и простейших упражнений цигун в положении стоя. Занимаясь несколько раз в неделю, недели через три мы подошли к тайцзицюань. Отрабатывали «лукообразный шаг», отдельные стойки и перемещения. Где-то через месяц стали изучать самый популярный упрощенный вариант тайцзицюань из 24 форм. Мне всё очень нравилось, казалось гораздо более естественным и органичным для нашего климата и образа жизни, чем йога, и очень похожим на медленный танец, а танцевать я всю жизнь любила. Народ у нас был преимущественно из МГУ и ИСАА. Многие имели опыт упражнений в боевых искусствах. Занятия длились уже пару месяцев, когда вдруг прибежал кто-то из ребят с новостью: оказывается, среди китайских стажеров МГУ есть профессор — медицинский психолог, который много лет изучает тайцзицюань и согласился дать 4 открытых урока в гимнастическом зале второго гуманитарного корпуса МГУ на Горах. И мы побежали на эти занятия…

Профессор был из Института психологии Академии наук КНР, звали его Го Няньфэн ((Guo Nianfeng, 郭念峰. В интернете есть масса материалов на английском и китайском языках о жизни и разнообразной деятельности профессора, о его трудах и сами эти труды, есть видеоролики некоторых его программ по телевидению. Краткие сведения о нем по-китайски можно посмотреть, например, в электронной энциклопедии или по-английски на сайте www.xinli110.com › English Home‎ (правда, на этом сайте сведения о нем заканчиваются 1995 годом).)). О том, что профессор этот – уже тогда виднейший китайский ученый (а сегодня – светило китайской науки), мы понятия не имели. Ассистировала ему и переводила его комментарии на русский его жена Цянь Сяонань ((Qian Xiaonan, 钱小南. Тоже профессор. До самого ухода на пенсию долгие годы возглавляла кафедру русского языка в Пекинском университете иностранных языков, вырастила несколько поколений китайских русистов, автор учебников русского языка и кучи всяких пособий по нему, Всё это тоже можно найти в интернете.)) — преподаватель русского языка, которая тоже была в МГУ на стажировке.

Эти занятия стали для меня потрясением. Каждое движение профессора, каждый его жест были очень отточенные, красивые, гармоничные, наполненные смыслом и энергией. И они не имели абсолютно ничего общего с тем, что мы делали на занятиях у Алеши! Это было такое совершенное зрелище, что я почти не могла заниматься – я столбенела от восторга, и глаза мои хотели только впитывать и впитывать эту красоту.

Окончилось четвертое занятие, и я поняла, что расстаться с этими людьми я не в силах. Меня буквально рвануло к ним. Я подошла и пригласила их к себе в гости. Это был совершенно спонтанный шаг. Они жили в Москве уже пару месяцев, но я оказалась первым человеком в СССР, который пригласил их в свой дом. 1987 год был еще таким временем, когда люди по-прежнему боялись заводить личные отношения с иностранцами. А мне в тот момент это и в голову не пришло. Я знала только, что потерять этих людей я не могу.

Они пришли ко мне – и это был праздник моей души. Профессор согласился заниматься со мной индивидуально у себя в общежитии, в главном корпусе МГУ на Горах, где они жили. Я привела на первое же занятие Славу Липовецкого, который давно «болел» Китаем и изучал китайский язык, а он пригласил своего приятеля Лёню Зельдина, талантливейшего массажиста, работающего с младенцами, у которого были густая борода, удивительные длинные, чуткие пальцы, умеющие делать очень многое, и подслеповатые глаза. Он и музыкальные инструменты ремонтировал, а однажды показал нам индийский барабан табла, который целиком сделал сам. С Лёней пришел вальяжный, высокий и барственный, куривший трубку и тоже бородатый, скульптор Володя Благовещенский, а в общежитии к нашим занятиям присоединился худощавый и пластичный, как многие азиаты, аспирант физфака Нарын Идинов из Киргизии. Так сложилась наша команда, и до самого отъезда Лао Го и Сяонань в октябре 1988 г. мы каждую неделю приезжали к ним в общежитие заниматься с Лао Го. Так началась моя дружба с этими людьми, которая длится по сей день, вот уже двадцать восьмой год.

Наши встречи

Вход на территорию МГУ был по пропускам, и всякий раз перед нашим приходом жена профессора бегала на вахту и оставляла там письменное заявление с нашими фамилиями.

Каждая такая встреча – радостное, раскрепощенное общение. Начиналось оно обязательно с чаепития. Чай, конечно, пили зеленый из толстых граненых общежитских стаканов. Эта пара занимала блок – две крошечные комнатки в одном из секторов общежития в Главном корпусе.

Профессор научил нас называть себя Лао (дядюшка или старина) Го, говоря, что в Китае так принято. Это воспринималось как игра, и очень мне понравилось. Его жену мы называли просто по имени — Сяонань.

Лао Го много курил и пил много горячей воды. Я думала, что это у него лично такая привычка. Я тогда еще не знала, что в Китае даже в общественных туалетах стоят емкости, где можно набрать горячую воду. Сын рассказал мне, что и в Корее есть такая же традиция.

Разговаривали мы обо всем. И каждый раз узнавали от Лао Го что-то новое о культуре Китая. В моей комнате хранится на книжной полке под стеклом составленная им во время одной из наших самых первых встреч табличка с восьмью триграммами.

Лао Го читал нам по-китайски стихи Ли Бо и сам пытался переводить их содержание. Рассказывал про Пекинскую оперу и «изображал», как звучат ее арии. На ее гастрольных спектаклях мы уже бывали. Он показывал нам, как надо держать кисть для каллиграфии, рассказывал и демонстрировал, как тренировать руку, используя сначала газетную бумагу. Говорил об особенностях дыхания при начертании иероглифов, о том, что энергичное начертание идет с выбросом ци, а когда пришел ко мне домой впервые, преподнес мне свою каллиграфическую работу с парной вертикальной посвятительной надписью по бокам. Она лежит у меня на столе под стеклом.

Погружение в Китай как путь без конца: у каждого свои "лаого" и "сяонань"

Уезжая, он подарил мне свои кисти для каллиграфии.

Помимо всех необходимых принадлежностей для каллиграфии Лао Го привез отпечатанные на плотной бумаге и каллиграфические свитки с разными изречениями, которые дарил знакомым, и труды даосских мыслителей на вэньяне, которым он тоже владел. И смеялся над своим «чинглишем», пытаясь что-то говорить по-английски.

О своей работе он нам тоже рассказывал. Объяснял, за что отвечает каждое полушарие нашего мозга и почему у китайца образное мышление развито больше, чем у европейца.

Музыкотерапией он тоже занимался, а также имел опыт использования упражнений тайцзицюань для реабилитации больных. И это тоже было темой наших бесед.

После чая с разговором наступал час занятий тайцзицюань в широком коридоре в торце этого же этажа. Занятий мне всегда было мало. Я не могла насытиться ими.

А потом следовала обязательная общая трапеза. Нас учили есть палочками, для чего сначала спички, а потом – зерна риса, рассыпались по столу, и надо было по одной штучке сложить рассыпанное в коробок. И каждый раз угощали каким-нибудь новым китайским блюдом. Лао Го – великолепный, одаренный повар, талантливый виртуоз и в этом искусстве и очень хлебосольный человек. В этом, как и во многом другом, Сяонань составляет ему прекрасную пару, дополняя его.

Когда он готовил какое-то блюдо, я всегда старалась стоять рядом и наблюдать за ним, а временами «ассистировала» ему. Это мне тоже было очень интересно. Этаж, на котором жили китайцы, благоухал запахами их еды и всегда очень приятно щекотал и волновал моё обоняние. С тех пор я очень люблю эти запахи и такую еду.

Рецепты большинства блюд, которыми нас угощали Лао Го и Сяонань, я подробно записывала, и многие из них научилась готовить сама. Я с удовольствием делюсь ими с теми, кого интересует достаточно простая китайская домашняя еда. И обязательно после этой публикации дам такие рецепты читателям Магазеты в отдельном посте.

Уезжая, они познакомили нас с теми своими соотечественниками, которые приехали им на смену. И это стало традицией. Практически с каждой новой группой стажеров-русистов, приезжающих в Москву на длительное время, я получала от них письма и подарки, а эти люди из года в год становились и моими знакомыми, у которых я тоже обязательно чему-то училась, но среди них не было никого, равного Лао Го по мастерству, а однажды у меня даже жила три недели не знакомая мне ранее китаянка, которая оказалась хозяйкой ресторанчика. Всё это время готовила только она, а я лишь помогала ей и училась у нее.

В 2005-2006 годах я даже попробовала написать книгу о рецептах домашней китайской кухни из московских продуктов, до конца идею эту не довела, но фрагменты именно этой рукописи ложатся сейчас в основу моих «кулинарных постов» на Магазете.

Когда Лао Го и Сяонань уезжали, они оставили мне свои покрытые лаком расписные палочки для еды и все китайские специи, какие у них остались. Потом они с любой оказией годами присылали мне китайские специи и приправы. Ни эти приправы, ни палочки для еды в 1980-е – 1990-е годы у нас купить было практически негде. Зато сейчас всё это в изобилии доступно в Москве. Но их палочки у меня живы по сей день.

Каждая наша встреча была для меня праздником. Мне всегда так легко и радостно дышалось рядом с Лао Го! Восторженная ученица, «девчонка», покоренная громадным обаянием этого человека. Я чувствовала себя рядом с ним совсем молодой, абсолютно забывала о своем возрасте. Вот и на фотографиях с ним рядом лицо у меня молодое и светящееся радостью, а ведь мне в 1987 г. исполнилось уже 50, и, как я с удивлением узнала позже, я даже на год старше Лао Го.

Уехав осенью 1988 г., с первой же оказией Лао Го и Сяонань прислали нам (мне) аудиокассеты с записями китайской традиционной музыки. Эти записи я в течение нескольких лет использовала во время своих занятий с оздоровительными группами. В том же году я получила от них в подарок свой первый легкий бамбуковый тренировочный цзянь, крашеный серебрянкой. Тогда такого не было ни у кого. Именно с ним я занимаюсь и сегодня, хотя в доме собралась уже целая коллекция из разных вариантов цзяня – и присланный ими же позднее металлический, и привезенные мне сыном из Кореи, в т. ч. – из буддийского монастыря, и даже «новомодный» металлический складной.

После отъезда Лао Го и Сяонань команда наша довольно быстро распалась, и сегодня я общаюсь (увы, по интернету) только со Славой, с которым дружу с 1976 г., ставшим Станом в своем американском далеке, где он живет ныне в Миннеаполисе, занимаясь науками, разными боевыми искусствами, эзотерическими практиками и многим другим. Например, поэтрикой – созданной им совместно с приятелем И. Манделем формой спонтанного зарифмованного общения друг с другом по электронной почте. Сегодня вышло уже три сборника их опусов в этом жанре под общим названием «Блёстки редкого ума». Интересы его всегда были очень широки, равно — как и его круг общения. Надеюсь, китайский язык он тоже не забыл.

Конечно, встречами в МГУ наше общение не ограничивалось. Периодически я устраивала посиделки за столом у себя дома. На встречах этих всегда царили веселье и непринужденность. Велись общие разговоры обо всем, и Лао Го и Сяонань познакомились и общались со многими близкими или родными мне людьми разных профессий и разного возраста.

Гости мои дорогие. Я так их люблю. Лао Го и Сяонань

Гости мои дорогие. Я так их люблю. Лао Го и Сяонань

Посиделки у Асмоловых

Посиделки у Асмоловых

Когда окончился учебный год, и они освободились, мы одновременно поехали в Ленинград и провели вместе целый день в Павловске, ездили за город, гуляли по Москве. Однажды мы оказались возле Дома художника на Крымском валу. Лао Го увидел там большой камень и тут же «обыграл» его, а я это запечатлела. Снимки эти, по-моему, хорошо характеризуют его как личность.

Лао Го возле Дома художника

Лао Го возле Дома художника

Некоторые другие контакты Лао Го в Москве

Помимо нас Лао Го общался в Москве с очень многими людьми. Он выступал с лекциями в нескольких научных организациях, в том числе – в Институте Дальнего Востока РАН, где с 1998 г. в Центре корейских исследований работает мой сын. По своей профессиональной проблематике как медицинский психолог он сотрудничал, например, с известным нашим нейропсихологом Е. Д. Хомской.

С А. А. Масловым Лао Го общался не раз уже помимо нас. А мы познакомили Лао Го и Сяонань еще с одним приятелем Славы – Алексеем (Лёшей) Дроновым. Знакомство это им было очень интересно и переросло в дружбу. Дело в том, что настоящее имя Лёши, до поры скрывавшееся, – Ван Даньдин. Он младший сын Ван Мина (1904-1974) — известнейшего китайского политического деятеля, эмигрировавшего в СССР в 1956 г. и фактически ставшего политэмигрантом из-за его несогласия с линией Мао Цзэдуна ((О Ван Мине)). Умер он в Москве, где похоронен на Новодевичьем кладбище.

Лёша (Ван Даньдин) с ученицей и Слава Липовецкий

Лёша (Ван Даньдин) с ученицей и Слава Липовецкий

Лёша родился в 1945 г. в Яньани, в 1956 г. вместе с родителями уехал в СССР. Года через два-три после отъезда Лао Го и эмиграции Славы в конце 1980-х сначала в Израиль, а оттуда – в Штаты, я в начале 1990-х потеряла его из виду.

Лао Го, человек большой внутренней свободы, очень пострадавший во время культурной революции, относился к Ван Даньдину с большой симпатией и сочувствием. Лёша, как мы его называли тогда, был носителем семейной школы цигун и вел занятия цигун и тайцзицюань в Москве, в помещении Дворца культуры АЗЛК в Текстильщиках, и я не раз бывала у него на этих занятиях. Периодически он ставил танцевальные шоу на базе движений тайцзицюань, на которых выступал солистом в белом атласном костюме для тайцзицюань со сверкающим мечом цзянь в руках. На них я тоже, конечно, бывала. Он окончил историко-филологический факультет ИСАА как филолог-китаист. Был он человеком достаточно закрытым, и общались мы нечасто. На наши посиделки он, как правило, приходил не один, а в сопровождении девушки. Обычно это были его лучшие ученицы, которые сменяли друг друга.

И вот сейчас, готовя этот материал, я обнаружила его следы. Теперь он — Президент и духовный наставник Китайского Клуба в Москве (Клуба делового сотрудничества), мастер Ван Даньдзин (Светлый Дух) ((О Ван Даньдине сегодня см. здесь)) . Вокруг него даже творятся мифы. Повторять их я не стану. Почитайте сами, если Вам интересно ((Так творятся легенды. См. здесь)).

16 июня 2013 г., будучи на Новодевичьем кладбище, я подошла к могиле его отца. Памятник ему возвышается над могильным холмиком. Холмик этот зарос высокой крапивой, в которой утопала большая старая корзина с выцветшими искусственными цветами. Могилу эту давно не навещали.

Остановись, мгновенье, ты прекрасно!

Все мы были небогаты, и ни у кого из нас и в нашем окружении в те годы не было даже самой простенькой кинокамеры, а у меня был всего лишь примитивнейший практически детский фотоаппарат «Смена», которым я и снимала на черно-белую пленку все наши встречи, прогулки, поездки и, конечно, формы тайцзицюань в исполнении Лао Го, где бы он их ни делал вне помещения.

Как тщетно старалась я запечатлеть каждое мгновение, каждую его позу, каждое движение! Сохранить их, чтобы возвращаться к ним снова и снова, любоваться их красотой и гармоничностью, повторять их. Я прекрасно понимала, что с моими способностями «фотографа» и моей «техникой» невозможно запечатлеть каждое ускользающее мгновение его исполнения, которые казались мне бесконечно прекрасными, но я так хотела созерцать их снова и снова! И я всё снимала и снимала… В парке в Павловске на тропинке, бегущей вдоль пруда; на прогулке под Москвой на поляне возле озера на ст. Железнодорожной и, конечно, в сквере общежития МГУ на Горах, где жили Лао Го и Сяонань. Всё тщетно. Сколько ни фиксирую застывшие моменты, они почти не передают динамику движений Лао Го, их внутреннюю наполненность, медленную красоту и экспрессию, их мощную энергетику.

В спарринге с моим знакомым Сашей Елизаровым, который занимался вместе со мной тайцзицюань у А. А. Маслова осенью 1987 г. и имел также опыт занятий боевыми единоборствами, Лао Го объяснял отдельные приемы, закодированные в таолу. Объясняя их, он временами отпрыгивал от Саши в сторону и делал это удивительно легко, порхая. Не отпрыгивал, а отлетал.

Тайцзи на поляне у озера

Тайцзи на поляне у озера

Тайцзи в парке в Павловске

Тайцзи в парке в Павловске

Тайцзи в сквере возле общежития МГУ на Горах

Тайцзи в сквере возле общежития МГУ на Горах

Лао Го и мой «послужной список»

Отзанимавшись под руководством Лао Го год, я решила, что уже могу передавать полученные знания дальше, и с осени 1988 г. пошла работать инструктором в Университет здоровья, где стала вести оздоровительные группы с уклоном в психотренинг с использованием китайских традиционных оздоровительных упражнений и тайцзицюань. Вести там занятия я уговорила и Славу Липовецкого.

Приняли меня на эту работу после того, как я представила реферат, посвященный принципам тайцзицюань и его влиянию на здоровье человека. Это был мой первый труд такого рода. Дело в том, что в те годы, как я уже говорила, интерес к ушу у нас зашкаливал, а настоящих китайских специалистов практически не было. В Москве было буквально несколько человек, которые вели подобные занятия «с разной степенью достоверности».

В 1991 г., когда я только что уволилась с работы, перейдя на пенсию, появился очередной посланец от Сяонань – ее бывший коллега-русист, который приехал сюда «наводить мосты» с пачкой визитных карточек, представляющих его как работника целого ряда китайских организаций. Он предложил мне помогать ему в этой деятельности в качестве постоянного представителя в Москве Центра реабилитации, здоровья и красоты при международном клубе «Великая стена» (КНР, Пекин), интересы которого он тоже представлял. Центр этот якобы размещался в здании ЦК КПК. Я согласилась. Единственным моим документом стала представляющая меня в этом качестве красивая, переливающаяся цветным муаром, визитная карточка на трех языках – китайским, русском и английском. Оформлена она была точно так же, как визитка этой организации у моего «шефа». Полтора года мы с ним как умели пытались что-то делать, но денег для реальной раскрутки любых проектов у нас не было, и все ограничивалось составлением бесконечных протоколов о намерениях и мелким личным бизнесом приезжающих китайцев.

Одним из первых наших визитов в 1991 г. по установлению контактов стало знакомство с главным редактором российcко-китайского журнала «Цигун и спорт» А. П. Шиловым, с которым после этого визита я начала сотрудничать, и последняя моя публикация в его журнале прошла в 2003 г.

Мне привозили и присылали китайские традиционные лекарства и литературу по традиционной китайской оздоровительной тематике на английском и на китайском. И хотя китайского я совсем не знала, среди моих учеников или знакомых всегда были люди, которые помогали мне, переводя по моей просьбе с китайского какие-то фрагменты из имеющихся у меня книг на эти темы, которые мне были нужны.

Обучая других, я постоянно училась сама у разных китайских стажеров, с которыми меня знакомили, посещала платные занятия по ушу у приезжавших в Москву китайских преподавателей ушу, собирала и переводила с английского литературу, посвященную китайским традиционным оздоровительным упражнениям, читала книги по чжэньцзю-терапии, китайскому массажу, шиацу, окончила краткосрочные курсы по корейской системе суджок, базирующейся на тех же принципах традиционной китайской медицины.

Оздоровительные группы «с китайским уклоном» я вела в разных организациях вплоть до весны 1993 г., когда была вынуждена прервать их из-за болезни мамы, которую разбил инсульт, и я 9 месяцев вплоть до ее смерти 28 ноября 1993 г. провела у ее постели. Китайские друзья регулярно слали мне свои традиционные лекарства для нее.

После смерти мамы в конце 1993 г. к преподаванию я больше не вернулась. Мир вокруг меня очень переменился. Ранее организацией занятий – арендой залов (по возможности не за деньги, а на «бартерной» основе, когда хозяева зала занимались у нас бесплатно), набором групп, рекламой занималась не я, а те, под чьей «крышей» я вела свои занятия, и стоимость моих «уроков» всегда была очень низкой, доступной каждому желающему. Теперь всё надо было делать самой и за немалые для меня деньги. К тому же, бум интереса к ушу уже практически прошел, а число его преподавателей – инструкторов непонятного качества заметно выросло.

Работая с группами, я составляла для них методические материалы с заимствованными из китайских источников комплексами упражнений. И так как у меня был накоплен большой запас информации, которой я стремилась поделиться, стала публиковать статьи, посвященные традиционным китайским оздоровительным упражнениям, в разных периодических изданиях помимо журнала «Цигун и спорта», то есть продолжала таким способом заниматься популяризацией этого аспекта китайской культуры.

Наше материальное положение вынудило меня заняться мелким бизнесом, который отнимал все мое время и все силы, иссушая душу. Наступил период, когда я сама ничего не практиковала. Но занятий таких мне остро не хватало, и как только бизнес мой пошел на спад, а сын окончил аспирантуру и начал работать, меня с новой силой потянуло к занятиям тайцзицюань. И тогда я решила отыскать Андрея Милянюка – китаиста, который окончил ИСАА на пару лет раньше Кости и все эти годы занимался в науке темой учения о «вскармливании жизни» (Ян шэн) в традиционном Китае, а также практиковал и преподавал цигун и тайцзицюань стиля У в традиции У Тунаня, постоянно ездил в Китай ((Некоторые, правда, несколько устаревшие сведения об А. О. Милянюке см. тут и более поздние на этом сайте. На его старой визитке указано, что он профессор, сотрудник ИДВ РАН, президент Московской федерации ушу и исследовательского общества «Тайцзи».)). Я была с ним знакома еще с его студенческой поры. Нашла я его в начале 2000-х в Московской федерации ушу и пошла к нему в группу начинающих. Снова окунувшись в знакомую среду, я вернулась к своей давно вынашиваемой идее – собрать и оформить в книгу все свои накопления по китайским традиционным оздоровительным упражнениям. В 2003 г. я закончила рукопись этой книги и очень быстро нашла для нее издателя. Вышла она весной 2004 г. в издательстве «София», и Андрей, уже профессор, был главным, очень доброжелательным, ее рецензентом и первым человеком, которому я эту книгу подарила. В книге масса иллюстраций, и оформлена она хорошо.

После выхода этой книги я все-таки решила довести до конца (точнее – написать заново) и закончила в 2005 г. другую, посвященную оздоровительным упражнениям тайцзицюань, которую когда-то на пике бума интереса к ушу уже однажды написала совместно с известным и очень популярным в начале 1990-х советским китаистом-буддологом Н. А. Абаевым , возглавлявшим в те годы Центр традиционной китайской медицины в г. Улан-Удэ, столице Бурятии ((Об Н. В. Абаеве сегодня)). Однако рукопись этой книги, переданная мною указанному Абаевым издателю, пропала, книга издана не была.

Новую книгу я рассматривала как продолжение затронутой темы, ибо описала в ней самые популярные в КНР оспортивленные комплексы упражнений тайцзицюань из 24, 48 и 88 форм и тайцзицзянь из 32 форм, представляя их именно как комплексы оздоровительных упражнений и не касаясь их «боевой» составляющей. Я предложила эту книгу «Софии». Мне больше года морочили голову, не говоря ни «да», ни «нет». Несколько других попыток тоже оказались безуспешными. Все эти комплексы я описывала по мере освоения их под руководством разных китайцев.

Книгу эту я посвятила Лао Го и в приложении к ней хотела дать несколько десятков фотографий Лао Го, исполняющего его версию 24 форм тайцзицюань, все фотопленки которых у меня сохранились. Коротко о моей деятельности на ниве популяризации традиционной культуры Китая в нашей стране можно сказать следующее:

Традиционные китайские оздоровительные упражнения начала изучать в середине 1980-х гг. В начале 1990-х гг. работала по этой проблематике постоянным представителем в Москве Центра реабилитации, здоровья и красоты при международном клубе «Великая стена» (КНР, Пекин). В эти же годы сотрудничала с бурятским «Центром восточной медицины» (г. Улан-Удэ) во главе с Н. В. Абаевым и лично с ним. В 1980-е – 1990-е гг. вела оздоровительные группы в Университете здоровья при Комитете по физкультуре и спорту г. Москвы, при Театрально-культурном содружестве Советского фонда культуры, в Центре психологии и психотерапии АН СССР и даже в МГТУ им. Баумана (как педагог дополнительного образования). Везде преподавала основы тайцзицюань и комплексы традиционных оздоровительных упражнений китайской профилактической медицины и боевых искусств с упором на психотренинг и общий оздоровительный эффект. Автор многочисленных публикаций на китайские темы в популярных периодических изданиях и книги, о которой уже говорила (см. также «Об авторе»). Целый ряд этих публикаций затем разошелся по различным сайтам в интернете и дублировался другими печатными изданиями, о чем я узнавала случайно.

Со второй книгой, как сказал бы когда-то Лао Го, «не получилось». Но то, что я столько лет отдала и своим занятиям китайскими оздоровительными упражнениями, и их популяризации, корнями уходит в мою встречу с Лао Го в 1987-1988 годах и занятия с ним. Конечно, сейчас я уже утратила многие навыки, и нет у меня хорошей компании для занятий, как это было когда-то. Но, постарев на четверть века с лишним, я стараюсь заниматься регулярно сама и часто делаю тайцзицзянь с тем самым бамбуковым мечом, который прислали мне в подарок Лао Го и Сяонань в 1988 г. Если бы Лао Го увидел, как я делаю это сегодня, он бы наверняка сказал: «Неправильно» .

Традиционный белый атласный костюм для занятий (такой, как был когда-то у Лёши) у меня тоже есть. Он — подарок Лао Го и Сяонань. Знакомство с ними повлияло на всю мою последующую жизнь, прочно связав мои интересы и мою любовь с Китаем!

Октябрь 1988 г. Проводы в общежитии МГУ. С Володей пришла вся его семья.

Октябрь 1988 г. Проводы в общежитии МГУ. С Володей пришла вся его семья.

Коллега-философ и бывший студент Сяонань Мяо Хунфэй, ныне студент МГУ, тоже пришли попрощаться.

Коллега-философ и бывший студент Сяонань Мяо Хунфэй, ныне студент МГУ, тоже пришли попрощаться.

Вместо заключения

Обдумывая, что и как я буду писать, я вспомнила, что подробно описывала сыну в письмах в армию каждую свою встречу с Лао Го и Сяонань, и захотела найти и перечесть эти свои письма, но обнаружила только одно. Это было письмо, в котором я пересказывала сыну прощальные слова Лао Го.

10.10.1988

…В своем прощальном слове к нам Лао Го сказал:

— Человек должен немножко верить в Бога.

И дальше сказал он о том, что в нашей сегодняшней жизни пока еще очень мало свободы, свободы выбора, свободы передвижений, свободы общения. Но всё меняется. И сегодня ветер перемен задувает в нашу сторону. Сейчас приехал сюда вести переговоры о контактах, о совместной деятельности его старый друг. Он подключил к этой работе Славу. И, возможно, сложится так, что в будущем году они вернутся к нам уже в новом качестве и будут работать в Москве. И если откроется здесь культурно-торговый китайский центр, то и мне, и Славе может открыться новая перспектива и возможность бывать и учиться в Китае. А он откроет в Москве кооперативный ресторан, но каждую субботу ресторан будет закрыт. Он закроет двери и повесит табличку: «Сегодня ресторан не работает», и каждую субботу он будет принимать там нас, своих друзей. Только нужно что-то делать для того, чтобы эти желания стали реальностью, и при этом немного верить в Бога ((Однажды Лао Го немного перефразировал свою мысль: «Можно верить в Бога, но ему надо помогать».)). Он сказал, что, вот, он сейчас уезжает. Он очень не хочет уезжать из Москвы, он хочет остаться здесь со своими друзьями. Но у него есть Родина и есть долг перед этой Родиной, для которой он должен трудиться, и потому он хочет вернуться домой…

А потом говорили мы все, и пели. А Лёша сказал, что, вот, он около тридцати лет живет здесь, и это первые соотечественники, с которыми он начал лично общаться, с которыми подружился.

А еще потом мы затеяли игру: Лао Го говорил то, о чем думал, по-русски. Слава переводил на китайский, а Лёша переводил на русский то, что говорил Слава. Слава двигается в языке всё интенсивнее.

Учи китайский, сын. Пригодится.

А пока будем делать то, что можем, — каждый на своем месте, — и еще будем немножко верить в Бога.

Целую тебя, мама

В последние годы профессиональной деятельности нагрузка Лао Го была чрезмерной, изнурительной, он был вынужден много мотаться по провинциям с лекциями и консультациями, заниматься навязанной ему проблематикой, которой заниматься не хотел, которая его тяготила. Но он был должен, а деятельность эта была ему не по душе. Творческому свободолюбивому духу этого человека такое было противопоказано, и он надорвался. Случилось большое несчастье – обширный инсульт отнял у него речь и способность двигаться. Произошло это, если я не ошибаюсь, в командировке. С тех пор вот уже несколько лет самоотверженная Сяонань и многие его родные и близкие, его ученики и последователи вели непрерывную борьбу за его возвращение к полноценной жизни, и в 2010-2011 годах эта непрерывная борьба начала давать ощутимые результаты. Интеллект его не пострадал. И этот широко образованный и обладающий разными дарованиями очень талантливый, любимый и почитаемый многими человек и большой ученый, гордость китайской науки, стал постепенно возрождаться заново. Лао Го наконец-то начал самостоятельно передвигаться, говорить, читать, просматривать свои труды, — ему многое не нравилось, и он хотел что-то менять. Мы все так радовались, но у него начались сильные головные боли, состояние его стало резко ухудшаться, потребовалась операция на мозге. В 2012 г. после этой операции Лао Го впал в многомесячное коматозное состояние, затем его снова полностью парализовало.

В доме моем есть маленький мемориал Лао Го. В комнате, которая служит нам гостиной и где всегда мы ставили и максимально раздвигали большой обеденный стол, принимая китайских друзей, есть маленький «алтарь» — уголок, где среди других дорогих нам раритетов стоит и моя фотография с Лао Го, сделанная на память в октябре 1988 г. в день его отъезда из Москвы, а на книжной полке под стеклом можно увидеть другие фото, на которых Лао Го выполняет движения своего неповторимого комплекса упражнений тайцзицюань. Рядом с ними другой скромный его снимок помельче, символизирующий триединство «Небо – Человек – Земля», и благая сила Лао Го распространяется вниз от Неба через Человека к Земле, питая всех, кому посчастливилось столкнуться с этим человеком.

DSC02756

DSC02749

Этот текст, приведенный здесь с сокращениями, был написан мной для книги, посвященной Лао Го, которую намеревались издать его близкие – родные, друзья, многочисленные ученики к его 74-летию в 2012 г. Предполагалось, что мои воспоминания будут опубликованы на двух языках – русском и китайском. Материалы для книги собирала Сяонань, но ей стало не до того — все свои силы она отдает уходу за Лао Го и уже много месяцев живет рядом с ним в больнице, продолжая на что-то надеяться. 1 января 2013 г. Лао Го исполнилось 75. Двигались только его глаза.

Июль 2011 – июль 2013 Валентина Асмолова
Москва

comments powered by HyperComments

Orphus: Нашли опечатку? Нажмите Ctrl+Enter

Автор: Валентина Асмолова

Валентина Леонидовна Асмолова (род. в 1937 г.) интересуется культурой Китая с середины 80-х, более четверти века. Длительное время изучала и несколько лет преподавала оздоровительные китайские традиционные упражнения. Имеет более 30 публикаций по вопросам традиционной китайской культуры (о древнем китайском циклическом календаре; о некоторых рецептах китайской кулинарии, об основах тайцзицюань и традиционных китайских оздоровительных упражнений и др.) в различных изданиях на бумажных носителях, в том числе с 1992 по 2003 гг. сотрудничала с журналом «Цигун и спорт» («Цигун и жизнь»). В 2004 г. в издательстве «София» вышла ее книга «Десять тысяч путей к здоровью и долголетию. Традиционные оздоровительные упражнения Китая». Интересуется традициями кулинарии Китая и Кореи. В последнее время активно работает с сетевыми изданиями и по состоянию на сентябрь 2013 г. имеет уже более 50 публикаций в них. Например, с октября 2012 по апрель 2013 вела практикум по корейской кулинарии на сайте «Жемчужина дракона». Живет в Москве.

Зельницкий Александр
2013-07-06 19:47:39
Замечательная статья, Валентина Леонидовна. Ваше неподдельное восхищение учителем очень подкупает. Как и любовь к Китаю и Дальнему Востоку:)
Наталья Алексеева
2013-07-04 21:37:31
прочла с огромным интересом. также жду постов и про простую домашнюю кухню - как раз вот такие рецепты мне бы пригодились. огромное спасибо за интересную статью
Stan Lipovetsky
2013-07-04 22:22:55
Привет, Валя, Спасибо за прекрасную статью. Приятно вспомнить эти московские времена. Я могу еще добавить, что Лао Го приезжал в Москву для работы на факультете психологии МГУ. Он сотрудничал с Евгенией Давыдовной Хомской, которая была заинтересована в создании новых методик на основе разработок западной и китайской психологии. http://www.psy.msu.ru/people/homskaya.html Лао Го пил не только воду, но и пиво, и вино, в чем я с ним соучаствовал и в Москве, и позже в Пекине (это был год 93). Сяо Нань много водила меня по городу, его знаменитым местам, а вечерами мы праздновали встречу с Лао Го у них дома. Все мы, кто виделся с Лао Го, желаем ему большего здоровья и многих лет жизни - ему и Сяо Нань. До следующей встречи - раньше или позже, Станислав Липовецкий.
Сергій Сребняк
2013-07-05 12:52:39
Прочитав статью я понял,что Валентина Асмолова принадлежит к тем Редким людям, которые действительно умеют ценить общение и дружбу. Как жаль, что таких Прекрасных и Увлеченных людей все меньше, но рад, что у Валентины в жизни случились такие встречи, оставившие столь живые воспоминания. Воспоминания, над которыми не властно время. Старые фотографии, подаренная каллиграфия под стеклом. Предметы, что безразличны многим, но безгранично важные для того, кто может лишь прикосновениям к ним вернуть цвета, запахи, ощущения и безвременность прошедших, но все же вечно живых дней. И события, люди из этих дней будут живы до тех пор, пока мы про них помним. Валентина, я от всего сердца желаю Вам закончить все литературные начинания, которые уже работе или в планах, потому что в Вашей жизни были такие встречи, люди и события, а главное, Вам удалось так полно и честно впитать в себя и прожить всю мозаику событий, но и сохранить всю их теплоту. Спасибо Вам за эти чувства.
Валентина Асмолова
2013-07-05 03:47:56
Рада, что Вам было интересно. Надеюсь, по ссылкам Вы тоже прошлись. Они дополняют написанное. Пока следующий пост про еду варится, осваивайте рецепты с фучжу, которые я уже описала. См. мой июньский пост.
Алекс Су
2013-07-05 04:12:00
отличная статья,видно,что написана с большой любовью.Спасибо Вам за это!
Александр Мальцев
2013-07-05 15:32:09
<p>Да-да, смотрите опубликованные рецепты в этих мини-рубриках: http://magazeta.com/tag/eda/ и http://magazeta.com/tag/kitajskaya-kuxnya/</p>
Александр Мальцев
2013-07-05 15:34:15
<p>Присоединяюсь. Очень хорошо сказано.</p> <p>Пост сочится любовью к старым друзьям. Спасибо!</p>
Иван
2013-07-05 15:39:59
очень интересная статья, такое чувство, что мы с автором давно знакомы, буду ждать от нее другие статьи, как в области кулинарии, так и в области традиционных китайских оздоровительных систем, жаль что у нас в Симферополе нет таких специалистов
Валентина Асмолова
2013-07-05 15:45:27
Вы всё правильно поняли и почувствовали. Я очень надеялась с помощью публикации этой статьи организовать мощный поток положительной энергии в адрес моих друзей. Они оба сейчас в ней так нуждаются. Я убеждена, что если в Лао Го вольется такой поток ци, его состояние может переломиться к лучшему. Как любил говорить сам Лао Го, - надо немножко верить в Бога, но Богу надо помогать. ПОМОЖЕМ! ВСЕМ МИРОМ! ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАВЛЯЙТЕ БЛАГОПОЖЕЛАТЕЛЬНЫЕ КОММЕНТАРИИ В АДРЕС МОИХ ДРУЗЕЙ! Жаль только, что статья пришлась на середину лета - время спада активности читателей Магазеты.
Лариса Черникова
2013-07-05 15:53:14
Дорогая Валентина Леонидовна, восхищена вашим подвижничеством в деле продвижения китайских оздоровительных методик в нашей стране! На фоне полного развала нашей традиционной медицины это может стать надежным подспорьем пожилым людям в оздоровлении тела и души! И еще: грущу безмерно о том, что при всех открытых границах российско-китайская граница по-прежнему "на замке", и мы не можем связаться с нашими хорошими и надежными китайскими друзьями, которые живут и трудятся, и болеют и страдают в своем модернизирующемся Китае, так же, как мы здесь живем и трудимся и болеем и страдаем в нашей модернизирующейся России. Как тут помочь делу - не знаю! Знаю только, что даже создавая книги и такие замечательные тексты, как ваш этот и другие, - мы не можем многого объяснить нашим соотечественникам, которые настороженно и ревниво относятся к нашим "дружбам и пристрастиям" к хорошим зарубежным друзьям! Наверное, это связано с тем, что эпоха толерантности и первоначального "открытия мира" для россиян заканчивается... И все приобретает коммерческий и жестко-заградительный характер? Не могу сформулировать четко, но что-то уходит вместе с такими же замечательными людьми, как Лао Го и его супруга. Все мы понимаем, что несмотря на все усилия, речь идет уже о часах его жизни. Но все мы надеемся, что ДЕЛО и ЭНЕРГИЯ Лао Го и подобных ему - не прошли даром, и что-то да принесли в этот мир. Ведь читаем же мы ваш текст и грустим и наслаждаемся вместе с вами историей простой и славной Дружбы между русскими и китайскими друзьями! Удачи нам всем. Я только молюсь об одном: какими бы отношения между нашими странами ни были - плохими или хорошими, - мы не будем забывать, что эти отношения никогда не будут перенесены на отношения между ЛЮДЬМИ. Потому что - немножко нужно верить в БОГА! С уважением, Лариса Черникова
Russell D. Jones
2013-07-05 16:17:34
Желаю здоровья Лао Го и вам успехов с книгой!
Сергей Яковлев
2013-07-05 16:19:46
Спасибо! Интересно написано, и как-то очень пронзительно. И очень желаю здоровья Лао Го!
Рабинович
2013-07-05 16:20:19
ЖЕЛАЮ ЗДОРОВЬЯ ЛАО ГО
ma-volk
2013-07-05 16:53:31
Спасибо за прекрасную статью, всегда радостно читать о хороших людях. Доброго здоровья Лао Го, сил его жене.
Ain
2013-07-06 12:22:13
Желаю здоровья Лао Го!
sanchos-f
2013-07-06 07:13:53
Желаю здоровья Лао Го и его супруге.
Dmitry Reznikov
2013-07-06 00:51:47
Замечательная статья о замечательном человеке. Искренне желаю здоровья уважаемому Лао Го и его супруге.
Наташа
2013-07-06 00:56:15
Какая прекрасная, теплая статья! Спасибо вам. От всей души желаю здоровья Лао Го и умножения сил.
Дмитрий/oldromantic
2013-07-06 14:29:49
Очень хорошо. Если бы эта статья появилась на Магазете раньше, чем статья о Черкизоне, то критики было бы гораздо меньше.
Ольга
2013-07-07 23:11:07
Уважаемая Валентина Леонидовна! Регулярно читаю ЖЖ Вашего сына, Константина Асмолова, и сюда попала по ссылке из его ЖЖ. Была приятно удивлена и растрогана статьей, с такой теплотой и любовью она написана! Читая о Ваших встречах и общении с друзьями, представила какая Вы и поняла, что по-другому маму makkawity представить и невозможно- светлая, чуткая, добрая! От всей души желаю здоровья и сил Лао Го и его супруге! И как часто пишет Ваш сын: На благо всех живых существ - лучи милосердия, благополучия и сострадания!
Mike
2013-07-07 18:49:52
Хорошо описано время. Здоровья Вам, Валентина Леонидовна и Лао Го!
Иван Иванов
2013-07-07 16:02:51
ЖЕЛАЮ ЗДОРОВЬЯ ЛАО ГО
先生
2013-07-09 14:41:26
Спасибо за прекрасную статью!
Сяонань
2013-07-09 17:45:44
Уважаемая Валентина Леонидовна! Я была растрогана до слез Вашей прекрасной статьей. Огромное Вам спасибо! Ваша статья для Лао Го и меня -- дороже всех дорогих подарков, лучше всех лучших пожеланий на свете. С ней мы будем сильнее и здоровее. И от всей души благодарю всех, кто прочитал Вашу статью, кто пожелал Лао Го здоровья. Будем друзьями! Сяонань 9 июля, 2013 года.
Anastasia
2013-07-10 02:39:41
какой слог, какая история! очень приятно и познавательно было читать, огромное СПАСИБО!
Валентина Асмолова
2013-07-10 20:19:29
8 июля Сяонань наконец-то смогла заглянуть в свой почтовый ящик и узнала от меня об этой статье в Магазете, а 9 июля я получила от нее такое короткое письмо: "Дорогая Валя, Ваша статья была давно переведена на китайский язык. Её будет читать большое количество людей по интернету. Сяонань" Я об этом понятия не имела. Речь идет о той статье "Лао Го в моей жизни", которая была предназначена для книги о нем и написана в 2011 г.
Лелишна
2013-07-10 20:29:24
Поздравляем! Это лучшее, чего можно было ожидать! Обнимаем, ваши читатели из Уфы!
Виктор Ширяев
2013-07-11 14:21:03
<p>Замечательные, теплые мемуары! Спасибо огромное!</p>
Иван
2013-07-18 10:51:01
Очень искренне и интересно описана ваш отрывок личной жизни и взаимоотношений с китайскими друзьями. Спасибо за положительные эмоции, хочу пожелать крепкого здоровьяовья и успехов во всем автору, Лао Го и его супруге. Отдельно хочется сказать с сожалением, что сейчас уже редки такие отношения между русскими и китайцами, сейчас больше знакомств "за копейку", поэтому мне очень интересно читать такие искренние описания дружбы с Китаем. С удовольствием буду читать ваши посты, спасибо!
Ольга
2013-12-16 10:30:12
С какой теплотой написана статья! Спасибо большое, было очень интересно прочесть!