Доктор Ван, 3

Доктор Ван | Рассказы о Китае Гранта Грантова в Магазете

— Впрочем, другой мой дед, по отцу, часто любил нести вздор, — пожевав губами и опять посмотрев вверх, сказал интересный старик. – Ложился он рано, летом с рассветом, а зимой затемно, то есть часов в пять, в шесть. Семью имел большую, чтобы ее прокормить, много работал. Сеял, пахал. Друзьям говорил: «Вставать в три часа — рано, в шесть — поздно, я встаю в четыре с половиной. Всё равно – час тигра!» ((Час с трёх до пяти утра. В древности в Китае день был разделён не на 24 часа, а на 12.)). И потом всегда добавлял: «Уси спять, а я — працую, хлопцы» ((Имитация крестьянского южнокитайского диалекта хакка.)). И обычно был неразговорчив. Но уж как придёт с полей, вернётся, чашечку муравьиной настойки хлопнет, чёрной, жгучей – и понеслось. Как вода из бочки. И про это, и про то. И соседей всех помянёт. И монахам всем характеристики даст, кто — какой. И обиды все вспомнит, начнёт сводить старые счета, и любовниц. Их у него много было, девок этих, но бабку не бросал, как говорится, меняй лекарство, не меняй суп, да. И вот как начнёт — с пятого на десятое, бубнит себе, рвёт всем душу, как кара господня. И попробуй слово скажи. Отец мой был ярый конфуцианец, влепил бы сразу, затрещину. Он один раз мне за неповиновение матери так ткнул мне бамбуковыми палочками – попал в глаз, я даже стал хуже видеть. Потом прошло.

Старик промыл чашечку горячей водой, потом чайник, поставил это всё обратно на поднос. Поднос сверкал.

— А то вообще чушь порет. Говорит, Пекин-то на самом деле не Пекин, а Харбин, понимаете. Историки наврали. И докажет — попробуй возрази. И чёрный цвет на самом деле — не существует. Это просто все цвета, вместе сложенные. И между мужчиной и женщиной — нет разницы. Никакой. Могу, говорит, показать. И давай снимать штаны. И не лето сейчас на дворе, а зима, спорим? На что хотите. Ибо лето есть образ ложный, и образ — в самом себе. И что мир держится на дураках. А что, нет? Не было бы дураков, мир бы перевернулся. И Великой стены не было тоже — её построили сто лет назад и договорились всех обмануть. А вы, что, говорит, сто лет назад жили? Как проверите? А сатанисты с христианами чем отличаются, знаете? У сатанистов ведь все те же десять заповедей, отличные, правда, в Черногории, несколько, но шестая — другая. В христианстве это «не убий», а у них — «убей ближнего своего!» А и то хорошо, говорит, давайте на макушке все себе просверлим отверстие, душа в мир Брамы уйдёт, а мы туда стебель тысячелистника вставим. И никаких проблем!

Да, подумал доктор Ван. Это  хозяин прямо в точку. В медицине мы часто называем подобный феномен «лиса прилипает к телу». Это если кто-то вдруг ни с того, ни с сего начинает чушь молоть, заговариваться. Лиса эта, однако, не такая, как обычные лисы. Это  невидимая лиса. Из иного измерения. И вот если вдруг прислонится она, как любил говорить наш великий ректор, к человеку, то пробирается к нему в душу. И говорят, что есть такие семьи, которые страдают от этого из поколения в поколение. И даже — целые кланы. И уговаривать их думать, что говорят. всё равно, что рассекать воду в реке. Мечом ((Выражение «рассекать воду в ручье (реке) мечом» — метафора, показывающая  бесполезность  какого-либо  действия, невозможность остановить что-либо.)).

Китайский язык вообще лаконичный. Четыре иероглифа – и всё передано. Суэй синь со юй. Сюэ джун сун тхань.  А тут как вода из бочки — выбили затычку, и пошло-поехало. В языке ведь как? Глаголы есть мышцы, существительные – кости, прилагательные – кожа выражения. Всякие там наречия – косметика. А слова-паразиты – жир. Жиром обросла сейчас наша страна, жиром. Толстая, неповоротливая, с одышкой. Что ни говори, верх взяли схоласты. Мы ведь не должны думать, что строящаяся изображаемая нам в наших книгах Вселенная — наивное представление о мире людей, которые никогда не путешествовали и верят, что гора неподалеку — пуп всего сущего. Центральный способ представления любой истины нацелен на внутреннее переживание, имманентен…

С лисами вообще не всё просто, как и со змеями. Они умеют пестовать ци, энергию, эти лисы. И если живут достаточно долго, могут менять свой облик, преображаться. Иначе откуда бы взялась знаменитая сказка «Лиса и студент»? Вот ты школяр, очень беден, и здоровья уже на донышке от старых книг, фолиантов, и вдруг рано утром в комнату к тебе без стука входит некая полуобнажённая. Спишь, спишь ты с этой странной красивой девушкой, какой-то словно не от мира сего, а потом оказывается, что это вовсе и не женщина, а — лиса. И вот пока ты с ней — хорошо. И тебе, и ей. И экзамены — сдаются, и деньги приходят – деньги, они ведь хозяина любят; или хозяйку?.. – и вино рекой, жёлтое, цзяннаньское, как море наше сладкое и прозрачное. Но как обидишь – всё. Чаще всего – смерть, серьёзно. Нашлёт тебе порчу и заживо сгниёшь. У старого Хо вон вообще через губы зубы было видно. Воду не пил, а сразу в глотку вливал, из чашки. И пальцы отламывались один за другим, он их в очаг бросал, жечь. И глаз затыкал монетой — не было там глаза уже, вытек. И именно с лисой-то он и жил. Иначе, как у них всё так закончилось, почему её милиция так её не нашла? Потому что убежала в лес. Секретарь райкома сыщиков там каких-то их Пекина вызывал, особых, крутых, всё равно — никакого толку, как сгинула. А потому что и не было её вовсе, как женщины. Старый Хо пошёл ловить бабочек в горы, продуло его, заболел, а она требовала любви, каждую ночь. Он говорит – воспаление лёгких, а она – ну и что? Долг выполняй! Он сначала стал таять, как свечка, худеть. Потом – ругаться. Как стал ругаться, из дома начало всё исчезать – золото, серебро, яшма. Продукты, чай. Потом лазуритовым массажёром в неё кинул. Которым раскатывают на лбу морщины манерницы. Вот и обиделась она. И прекрасный цвет её лица, белый, подобный гималайским снегам, стал чёрным совсем. А глаза – красными. Заодно, также – и у Хо. Она только чуть дунула в сторону своего мужа, бывшего, – и всё, слёг он: стал гнить. Очковая проказа. Как сифилис, на последнем этапе. И через три месяца его уже не было.

А её… Так и не нашли. Дом потом снесли, построили новый район. И кстати, в форме триграммы «сюнь» ((Триграмма «сюнь» означает «утончение, проникновенность, ветер, первая дочь.» Здесь – намёк на женский образ.)). Так его в народе и прозвали – «Лисий хвост». Ты куда? Я сейчас в Лисий хвост, потом к Южным воротам. Скажите, а до Лисьего хвоста какой довезёт? На 45-м не доеду?.. А почему так называется, вскоре все забыли. Воистину говорится —

К отшельнику в горы
отправился с посохом я.
Пустынной тропою
к вершинам взбираюсь один… ((Здесь прекрасно образованный доктор Ван цитирует стих китайского классика Цзо Сы, эпоха Шести династий — время мрака, убийств, господства временщиков и кровожадных императриц. По преданию, над свои произведением «Ода трем столицам» он работал безостановочно 10 лет, при этом во дворе, в доме, в комнатах, даже в его уборной повсюду на стенах были развешены свитки бумаги и кисти, чтобы в момент творческого озарения можно было сразу все полностью записать.))

Вот куда надо стремиться, а не к женщинам. Сударыня, да будет вам известно, от любви к вам я потерял способность писать и какать… В султанские гаремы строго запрещалось вносить огурцы в неразрезанном виде… Ужас какой! А один монах в пещере медитировал, смотрит – мимо змея ползёт, удивился — пещера ж камнями заложена, только окошечко в стене в один кирпич, для воды и хлеба, сел прямо, посмотрел третьим глазом – а это не змея вовсе, а старик. Борода большая, длинная, мочки ушей — святые.

И вот, эти лисы — влипают в душу. Тело-то меняется, лиса туда вгоняет свои молекулы, эоны, невидимая. И человек начинает нести ересь. Мол, на самом деле, Председатель Мао родился в Норвегии. И всё прочее.

Тело-то есть сосуд души, элементарная физика говорит о том, что наполнитель находится в прямом взаимодействии с ёмкостью – принимает её объём и форму. В нашем мире всё подвержено физическим законам, взаимосвязь души и тела разве исключение? Как это не прискорбно, но если разбить сосуд, жидкость из него — выльется. Или нальётся другая… По телу доктора Вана непроизвольно прошёл холодок — брр… Он вспомнил каменную деву. Если сделать дырку в теле, душа там жить не останется — точно.

Такому больному надо, конечно, дать специальное лекарство из смеси печени тигра и белых горных хризантем, но дело в том, что невидимая лиса может учуять его запах и категорически откажется принимать. А вместе с ней, разумеется, и больной. И вот тогда нужно, улыбаясь, вернуться домой, пилюли эти высушить под неоновой лампой — лучше софитом, таким большим, как в фотомастерской, потолочь в порошок, тайно, на кухне, нефритовым пестиком тяжёлым, потом пойти в супермаркет, купить двух морских черепашек, только, упаси бог, не живых, а уже в пакетах, при этом стараясь не смотреть на их цельный внешний вид — с панцирем, с лапками — из-за сострадания ко всему живому, порубить их на кусочки, порезать имбирь и приготовить хороший черепаховый суп. Потом настоять, и лекарство высыпать туда. Лисы на запахи чувствительные очень, а в супе лекарство не унюхают. А настой больному силы даст хорошие, крепкие. И поднести ему со словами – «Пейте, мой господин! Вскармливайте дух!..» Больной же, отведав несколько ложек такого прозрачного супа душистого, в ужасе замрёт, побледнеет, дико закричит: «Хвала Трём драгоценностям! ((Будда, Дхарма и Сангха – традиционная формула принятия Прибежища в буддизме.))Удалось!..», потом крикнет что-нибудь бредовое, забузит сильно, заругается и упадёт на пол, бездыханный вовсе. А потом – всё, здоров, молодец. И его языком будет говорить уже мудрость.
Иногда, к сожалению, лекарство и молитвы не помогают тоже. И даже разбросанная за окном жареная соя, которую так любят лисы. Как с игроком Ли, в прошлом году.

Игрок Ли. (Вставная новелла)

Профессиональный игрок в покер, катала, без тысячи долларов ((Очевидно, имеются в виду гонконгские доллары.)) за ночь он домой никогда не приходил. Убивал там всех за зелёным сукном. И чего только люди на это самоубийство согласны?.. Проще сразу ему деньги отдать и всё, по крайней мере время сэкономишь. Триада его берегла как свои глаза. На нём казино и держалось, «Династия», по сути — чистодел всё-таки. От больницы — за углом, напротив монастыря этого казино. Вот, в тот понедельник игрок тот под утро «порш» свой старенький припарковал, на сигнализацию поставил, шёлкнул кнопкой, поднялся на лифте в свой пентхаус, а в руках кусок йодированной соли – тунца засаливать. Он и повар ещё хороший был, так бывает, иногда игроки хорошие повара, умелые. Тунец брал сырым, огромными кусками и солил сам. Трое суток и готово — не то, что людей, дворовых кошек от выброшенной рыбьей чешуи за уши не отдерёшь. Не знаю, то ли тунец лисе понравился, то ли сам игрок – он всегда зачёсывал свои длинные волосы назад, подкрепляя мараловым гребнем с аметистом — очень красиво, в ушах — жемчуг, сам высокий, смуглый такой, похож на тибетца с запада, в общем, облизала его невидимая лиса с  головы до ног. Невидимым своим языком. Он сразу с ума и сошёл тогда — боссу своему позвонил и такое сказал, что тот сразу понял – парень сбрендил, снесло крышу. Либо конкретно под опиумом. И то и другое — косяк, проблема. А тот говорит — сдаться мы все должны, папа, сдаться сразу и по-хорошему, и татуировки все наши посрезать. А казино – разрушить нафиг, до основания. Сжечь. Взорвать место. Налить туда воды из святого озера на горе Кайлас. А потом — в тюрьму, кому какой срок. И друзей все сдать тоже — это благо для них, пресечём, говорит, их преступный в корне Путь. Оттянем своё, да, вернёмся, будем л ю д ь м и. А после всего такого оттуда не возвращаются, это в порту знает любой пацанёнок. Это если туда успеют довести. Тысячелетний закон. Вон, судью Цхао прятали-прятали, не допрятали. Через 20 лет нашла его святая месть… Ну тот как услышал, сразу позвонил к нам в больницу. И друг его детства, ректор, говорит – ищите собаку. Лютую, но добрую. И желательно — большую. Нашли. Тибетская сторожевая, в холке метр восемьдесят с чем-то. Волков рвёт, людей любит — нежная. Привезли к игроку домой – он уже почти забаррикадировался там, достал свой ствол — пистолет-пулемёт с глушителем «айграм». Страшная это машина. Выпускается крайне ограниченным тиражом для спецподразделений США, и даже там редкая, так как дорогая, и является вожделенной мечтой для террористов и наемных убийц Азии. Кроме прочих достоинств, скорострельности там и всего такого, он имеет внешнее покрытие, на котором не остается отпечатков пальцев. И кухонные тесаки по полу разложил, пять штук. Мол, всех покрошу. И при этом объявил себя пророком – лютеранские гимны поёт. Они, конечно, дверь за шесть секунд выбили, дали ребром стопы ему под красивый нос, йоку, боковой удар, — босс сказал лицо ни в коем случае не трогать — оружие отобрали, скрутили, раздели, полностью, то есть, обнажён, и собака – сразу почуяла, давай лаять, рычать — и помочилась ему на ногу, много. Сильной струёй. Ну, понятно, лисы собак не любят, он затрясся всем телом, благим матом завопил что-то совсем уже нечленораздельное, вроде тоже из Библии, лиса из него и выскочила, в форточку. Даже был виден от неё дымок. Вернее, не дымок, что-то вроде сизого облачка такого, какие иногда видят наркоманы. А босс тут выхватил из-за пояса свой меч тай-дзи, двуручный, да как заорёт – «Вон пошла! От нашего казино!! Прочь!!!» Та, видно, испугалась ещё больше — вдруг, правда, облачко, душу её лисью, разрубит, и игрок сразу пришёл в себя. Но не помнит — ничего. А как босс ему запись разговора с мобильника прокрутил, сразу ответил: «Это не я. Клянусь Буддой, я такого — не говорил. Подстава это, лао-да ((Лао-да – «Старый большой» — формула при обращении к руководителю в китайской мафии. В Москве эти лао-да в 600-х мерседесах громко кричали: «Китайский мафия, русский девочка!»)), голимая. Это враги!..» И они обнялись, босс в костюме от «Армани», игрок – как в бане, — голый. Как говорится, никто никому грушу не подарил ((Игра слов: по-китайски груша — ли — и расставание звучат одинаково. Поэтому существует обычай — друзья никогда не режут надвое и не дарят грушу. Ибо в таком случае оно, увы, неизбежно.)). Да, с лисами шутки плохи. Без всяких слов. И, похоже, со всеми…

— А вообще самое страшное, — сказал старик вновь насыпая красной деревянной ложечкой в гаолян заварку, только на этот раз с виду обычный чай, горный улун, — это грех оскорбления ламы. Если ламу оскорбишь, можно встретить и Чёрного Будду.

Да. Подумал доктор Ван. Чёрный Будда — это всё.

*

— Сяньшень, сяньшень ((Господин (кит.))! – внезапно раздался снизу голос какого-то слуги. —  Можно Вас на минутку! Там хромой Ба кунжутное масло привёз, Вас просит. Рассчитаться! Старые деньги не берёт, хочет новые!

— Если Вы меня извините, — старик поднялся. Он выпрямил спину, провёл ладонями по халату, как бы оправляя его, поправил пояс и надел свою плоскую квадратную шапку. – Я на минуту. Жена моя – наша больная – всё равно ещё спит, время у нас есть. Кунжутное масло…- он вздохнул. — Кунжутное масло сейчас уже не то: добавляют. Как, впрочем, и во всё остальное. — Он указал на полку над очагом. — Посидите пока, «Четыре книги, пять канонов» ((Набор китайских классических сочинений, который должен знать каждый образованный китаец)) – всё здесь.

— Нет, спасибо, — быстро ответил доктор. При этом он не упирался левым локтем в колено, чтобы подняться, как сидящий по-турецки старик – это был жест хозяина дома, и это было бы по отношению к нему крайне невежливо, а просто встал. – Мне бы лучше «Дао дэ дзин». — Он засмеялся. — «Переход от одного глубочайшего к другому — дверь ко всему чудесному». Как говорится.

— «Когда будет уничтожена ученость, тогда не будет и печали»? — тоже засмеялся старик. — Да-да, — снова поправляя шапку, широко улыбнулся он. – Мэй цхуо, мэй цхуо! ((«Точно, точно», буквально – «нет ошибки» (кит. разг.))). Он указал ладонью на полку повыше.

— Это всё там. Будьте любезны — смотрите сами. Там ещё есть «Шесть секретных учений Тай-гуна», если нужно.

Он снова улыбнулся. Доктор Ван знал, что он скажет. И не ошибся.

— Подлинник.

— Нет уж, — ответил доктор. – Покорно благодарю. Этой линии передачи у меня нет. Не вправе рисковать. Я лучше  почитаю «Дао дэ дзин», как-нибудь.

Старик опять улыбнулся и быстро пошёл по направлению к потемневшей от времени тёмной двери. Почти выйдя из неё, обернулся. Сейчас он почему-то казался намного моложе самого доктора.

— Да, уважаемый Ван , и – чай!  Вы уж тут сами заваривайте. А вернусь и — обедать!.. Обед должен быть хороший! – тут он вдруг снова стал серьёзным. – Заодно посмотрю, как там жена.

Он слегка поклонился и вышел, быстро сбежав по лестнице. Некоторое время удивительно лёгкие для его возраста шаги всё ещё были слышны за окном.  Старик был совсем необычный и доктор Ван это очень хорошо понимал. Например, он бы ничуть не удивился, если бы ему сказали, что хозяин этого дома может ходить по снегу, не оставляя следов, или по разложенным на земле гусиным яйцам, их не давя. Или, например, владеет искусством перемещающего цигуна ((Один из видов магического цигуна, овладев которым, можно перемещать предметы в пространстве. Например, пришли в библиотеку, понравилась там какая-нибудь книга, вернулись домой, сконцентрировались и – переместили. К себе на полку. Не передаётся ученикам с низкими моральными качествами.)).

Продолжение следует.

Orphus: Нашли опечатку? Нажмите Ctrl+Enter

Автор: grantgrantov

- 别去打听丧钟为谁而鸣. 它鸣为你, 鸣为我 - ПОДТВЕРЖДАЮ ПИСЬМЕННО СВОЕ БУДУЩЕЕ: я уже отрезанный ломоть, hard bread! Мои сны и мысли нелинейны, они роятся, роятся, роятся, разветвляются в разные стороны, они существуют все одновременно и благодаря этому проникают в мою жизнь и наполняются ею в большей степени, чем какая бы то ни было фраза! Вы знаете это из своего опыта. Чтобы отразить в своих произведениях мысли и сны, я решил превратить свою жизнь, в которой слова, как вороны на проводах, располагаются одно за другим, в нелинейный феномен. Потому что письменный текст это всего лишь графическая тень фонетического тела. Если хотите, мои неумелые, не редактированные тексты есть образ распада пространства и времени, которое делится на коллективное мужское и индивидуальное женское, "инь" и "янь". И что мужчина ощущает мир вне своего "я", он во Вселенной, а женщина носит эту Вселенную внутри себя (ниже живота). Поэтому поймите: лучше сгореть, чем раствориться. В песнях улицы, горя и нищеты. В мае 2013 этого года был трижды номинирован на премию "Народный поэт"; http://www.stihi.ru/ Мои любимые строки жизни: Бр(ателл)о! 手把青秧插满田,低头才见水中天,心底无为方是道,原来退后是向前. Вот так примерно.

Шелк
2010-11-20 01:32:02
Дорогой Грант! Вы безумно талантливы. Все три части - на одном дыхании. Внутри отпечаталась каждая строчка. Даже боюсь спугнуть это чувство. Спасибо!!
Infusiastic
2010-11-09 11:02:46
Замечательная жирная образами и аллюзиями ткань повествования, традиционный вкус Гранта Грантова. I’m loving it™!
Грант Грантов
2010-11-09 11:39:03
Спасибо, Демьян! гг
iq-doka
2010-11-10 04:18:00
O4en' vkusno! vse taki russkij jazik bogat! no vse ravno dusha kitajca neponiatna. 4to za lisa?
Lao Li
2010-11-10 06:29:42
Про лис - это от души!!! Да ещё чтобы собачьей мочой изгонять... Просто ноухау! Много всяких метод мне рассказывали, от амулетов до иголок, но собачьей мочой - это сильно!! ;)Кстати слышал от одного китайского доктора, что в Гугуне целая стая живёт... Когда по зиме снег выпадает часто лисьи следы находят ;) Наверно поэтому Великий Кормчий так ни разу туда и не зашёл..
Мерекина Татьяна
2010-11-10 10:30:36
мне кажется лисы вселились в моих соседей! вечно какую-то ересь несут!
Прохожий
2010-11-12 11:39:43
Много нового узнаю;)Спасибо!)
Грант Грантов
2010-11-12 15:54:39
Ужасная. Спасибо!
Грант Грантов
2010-11-12 15:56:05
Ага, Старый Ли. Он вообще был такой, чужими руками. Спасиб!
Грант Грантов
2010-11-12 15:56:41
Только не поливайте их собачьей мочой, прошу вас! ГГ
Грант Грантов
2010-11-12 15:57:16
Рад стараться! гг
tak...proxod'аshiy
2010-11-12 19:28:40
После прочтенных: "Путь мастера цигун.Подвижничество великого Дао", "Дао де цзин" и "Чжуан цзы"(пока только в переводе) как-то не встречал больше ничего вдохновляющего.Сдесь же, как у настойки на оленьих рогах - знакомый цвет, приятный аромат, но, какой-то свой, неповторимый вкус.Низкий Вам поклон!
Грант Грантов
2010-11-16 17:00:48
Спасибо! ОЧЕНЬ рад, что пришлось. Продолжение следует. Такая повесть) гг пс Меня часто спрашивают, выдумано это все или реально? Я говорю: - Всё реально. Потом: - Всё выдумано.